Голоса Варшавского гетто. Мы пишем нашу историю [litres]
- Автор: Коллектив авторов
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Книжники
- ISBN: 978-5-906999-75-7
- Переводчик: Юлия Викторовна Полещук
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Голоса Варшавского гетто. Мы пишем нашу историю [litres]». Краткое содержание книги:
В сборник, составленный профессором Дэвидом Г. Роскисом, вошли произведения и документы, рассказывающие о Холокосте голосами его первых исследователей – самих жертв – «от первого лица, в реальном времени, вопреки времени и на все времена».
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Как мало мы понимали, на что способны немцы! Мы и представить себе не могли, что все это имущество, все эти склады с товарами, все эти мастерские, фабрики, станки стоимостью в десятки, сотни миллионов – что всё это подожгут только из-за нас, из-за тех, кто прячется под землей или скрывается между стенами и у кого не осталось ничего, кроме жизни и решимости, огромной решимости не сдаваться. Да, такого мы даже представить себе не могли.
В нашем укрытии жизнь шла своим чередом, как в первые дни. У нас по-прежнему было электричество и вода в уборной, мы готовили еду на электроплитке и, лежа на койках, читали брошюры. Укрытие было невелико: три комнатенки в передней части дома (№ 8 по улице Налевки), возле ворот, в двух железные койки, в третьей кухонька. Нас было двенадцать человек: трое детей, пять женщин и четверо мужчин. Нам было удобно, так как укрытие было рассчитано на большее количество человек, но многие побоялись, что оно ненадежно, поскольку расположено в передней части дома и выходит на улицу, и спрятались в другом месте; в их многолюдном убежище было не так удобно, зато безопасно.
Мы изнывали от духоты: помещение почти не проветривалось. Мы не могли ни ходить по комнатам, ни разговаривать друг с другом, потому что ворота рядом, приходилось подавлять кашель, каждый громкий звук.
День клонился к вечеру. Как и в прошлые дни, мы дважды слышали топот солдат, которые приходили и уходили из гетто. Очевидно, они не нашли новых жертв, потому что до нас донеслись только удалявшиеся шаги, и всё стихло. Около пяти часов вечера затарахтели грузовики, началось какое-то движение. В кузова что-то грузили, что-то явно происходило, но что? Возможно, фирму вывозят, но чтобы вывезти столько товаров, мастерских и станков, понадобятся недели, если не месяцы, так к чему эти крики и суета? Но к семи все стихло. Кажется, стало даже тише прежнего. В восьмом часу в комнате запахло дымом. Я занервничал, начал искать, откуда дым, и обнаружил, что он сочится сквозь стену: наверное, в соседнем подвале развели костер, вот дым и идет к нам. У нас были цемент и песок, мы смешали их с водой и быстро заделали отверстие, пропускавшее удушливый дым. Закончив работу, мы легли отдыхать, радуясь, что у нас под рукой оказались цемент и песок. Нам и в голову не пришло, что мы в кольце пламени и оно быстро распространяется вокруг нас.
Было восемь часов вечера. Шум движения на улице становился все громче, а дым в нашем помещении не редел: придется проветрить. В передней стене были устроены продухи высотой сантиметров десять-пятнадцать, как обычно внизу на фасадах домов, но мы их закрыли и замаскировали, так что осталась всего пара отверстий от силы в сантиметр. Мы вынуждены были открыть продухи. Я открыл тот, что в передней комнате, и увидел, что горит дом напротив – от первого этажа до крыши всё охвачено пламенем. Вдруг распахнулась балконная дверь на втором этаже, и на балкон выбежал мужчина лет пятидесяти; в пламени пожара я разглядел, что лицо у него безумное, глаза вылезают из орбит, – видимо, он прятался в доме и вот теперь покинул укрытие. «Пожар! Пожар!» – закричал мужчина, перекинул ноги через перила балкона и приготовился спрыгнуть, но выстрелы прервали его попытку, и он колодой рухнул на землю. Чей-то хохот разрезал рев пламени: это смеялся караул, который должен был удостовериться, что огонь разгорелся как следует и ничто живое не спасется.
Из соседнего дома выбежала группа людей, преимущественно женщин. Я слышал, как они звали на помощь. Они не знали, куда бежать. Пулеметная очередь оборвала их крики.
Я отвернулся от продуха и посмотрел на обступивших меня; я подумал, что с нами такого никогда не случится; те дома заброшены[159], но мы-то находимся в помещении, принадлежащем одному из предприятий рейха, фабрике Германа Брауэра, бывшего немецкого шпиона в Польше, военного, преданного сторонника Гитлера. Нас не посмеют поджечь. Это же их имущество.
Но всё изменилось во владениях Германа Брауэра.
Три дня назад Брауэр созвал своих управляющих – тех, кого смог найти, поскольку все попрятались кто где, – сообщил, что фирму не закроют и в ближайшее время состоится очередная перепись; те, кто явятся, немедленно вернутся к работе. Первым четырем откликнувшимся дали специальные номера, вырезанные из широких белых полотнищ, чтобы свободно передвигаться по территории фирмы.
159
Половина из семидесяти тысяч евреев, оставшихся в Варшаве после великой депортации, были незарегистрированными работниками «мастерских». Эти нелегалы прятались в заброшенных домах, жильцы которых были депортированы. См. «Вещи» Шленгеля в настоящем издании.