Уэллс. Горький ветер [litres]

Вертокрыл плавно подъехал к ожидающим, остановился, но глушить мотор не стал. Мы остались сидеть в машине, только я опустил стекло и выглянул на улицу. Увидев меня, встречающие зашевелились. Двое подошли к нам и встали перед капотом, так, чтобы мы не могли внезапно уехать. Один подошел к машине теневиков и открыл дверцу. Из салона появился Блекфут. Он одернул пальто, снял шляпу, поправил прическу, вернул шляпу на место и направился к нам в сопровождении двух охранников, у которых явно оттопыривались пиджаки от спрятанного под одеждой оружия.

Блекфут остановился напротив меня и первым заговорил:

– Добрый день, господа хорошие. Как вам прогулка по Ист-Энду?

– Ничем не примечательная, – ответил Уэллс. – Но нам явно не хватает хорошего экскурсовода, который сможет со вкусом рассказать нам об этом чудесном месте. Составьте нам компанию, и, уверен, сегодняшний день будет незабываем.

Блекфут сморщился, словно ему на ногу наступил верзила констебль, и сказал, брезгливо поджав губы:

– Мы покажем вам цель, установим оцепление, но ловить своего невидимку будете сами. Мои люди суеверные. А это плохая примета – делать за полицию их работу. После этого часто люди опускаются на дно Темзы с цементной обувью и улыбкой на горле.

– Мы не полиция. Вы помогаете частному лицу, – гордо заявил Гэрберт.

– Но вы все-таки работаете на полицию. В данном случае это практически одно и то же. Вас трое, уверен, вы вооружены. По крайней мере, у одного из вас чувствуется армейская выправка. Думаю, вы справитесь.

– Можете не сомневаться, – заверил его Уэллс. – Скажите, а вы привезли распрыскиватели краски?

– Да, как и договаривались. Они в зеленой машине. Мы выдадим их вам. Да, и еще. Господин Скольпеари просил засвидетельствовать перед вами свое уважение и надежду на дальнейшее плодотворное сотрудничество.

Кто бы мог тогда подумать, что эти слова в первую очередь относятся ко мне! Поскольку в скором времени мне предстояло встретиться с Джулио Скольпеари.

Чарльз Стросс залег на дно в одном из террасных домов. Увидев их, Вертокрыл сильно удивился. Виданное ли дело, чтобы у дома стены были общие с соседями справа и слева. По сути, вся длинная улица была одним домом, только с разными, хоть и типовыми, крышами, и отдельными входами. Похожие друг на друга, как братья-близнецы. Удивительное дело, как местные жители находят дорогу домой, в особенности в вечернее время суток, когда фонари светят тускло, насколько хватает бюджета у местных муниципальных органов. Но, несмотря на это, дома выглядели ярким красным пятном на фоне трущобных развалюх, где вынуждены были жить простые работяги, переселенцы из других городов Англии и эмигранты. Судьба уберегла меня от тяжелой рабочей участи, и я никогда не забредал на эту территорию Лондона, хотя и много слышал о рабочих кварталах, которые только разрастаются, благодаря значительному росту производств.

Мы припарковались в квартале от дома, где, по данным Блекфута, остановился Чарльз Стросс. К машине Блекфута подбежал мальчишка в пальто и в кепке, надвинутой на самые глаза. Кажется, этого рыжеволосого нахала я уже видел. Он что-то сказал Блекфуту, после чего вернулся на свой боевой пост. Из машины теневиков выбрался мужик, зябко запахнулся в пальто и направился к нам. Он остановился напротив моего окна и наклонился, ожидая, что я опущу стекло. Я крутанул ручку и приоткрыл небольшую щель, в которую тут же пахнуло свежестью улицы.