Первая спецслужба России. Тайная канцелярия Петра I и ее преемники. 1718–1825

Инквизиционный и безжалостный характер методов следствия в ведомстве Ушакова отмечают практически все историки, занимавшиеся этим периодом жизни Российской империи. «Главным средством получения сведений от обвиняемых были физические истязания. В повседневной практике Тайной канцелярии пытки были настолько обыденным делом, что у зачерствелых сердец тех, кто заносил показания колодников на бумагу, они не вызывали ни боли, ни сострадания, ни удивления, ни отвращения. Смерть от пыток тоже не возводилась в ранг чрезвычайного происшествия»[11].

У специальной группы палачей в Тайной канцелярии при Ушакове даже был старший палач, и до нас дошло имя этого мрачного человека — его звали Федор Пушников, а должность его в канцелярии именовалась «заплечных дел мастер».

Естественно, помимо дел по династическим основаниям канцелярия Ушакова занималась и другими делами, требующими ее вмешательства. Например, слежкой за иностранными посланниками в России или делами «изменников Родины». В годы правления Анны Иоанновны служба Ушакова выявила тайные контакты посла Саксонии в России Мориса Линара с племянницей императрицы Анной Леопольдовной, предназначенной царствующей теткой в свои наследницы. По итогам расследования выяснилось, что речь шла не о шпионаже или выведывании ушлым немцем российских государственных секретов, а о банальной любовной интриге Анны и Линара. Об этом доложили императрице, которая вообще любила заслушивать доклады Ушакова по делам его сыска и читать прямо в кабинете принесенные им разыскные дела Тайной канцелярии. В результате громкого дела о шпионаже и международного скандала с Саксонией не получилось, племянницу царица пожурила, Линара быстро попросили покинуть Санкт-Петербург. Поскольку же по нашей традиции наказать кого-то все же требовалось, козлом отпущения сделали дворцового лакея Брылкина, помогавшего влюбленным в их тайных свиданиях и переписке. Его не защищали ни дипломатическая неприкосновенность посла, ни принадлежность к царской семье любвеобильной дамы, несчастного Брылкина помурыжили на допросах в Тайной канцелярии, а затем отправили в ссылку в Казань. Ушаков мог спокойно отчитаться: тайная интрига раскрыта, угроза государственной безопасности устранена, виновные наказаны, все довольны. Знакомая картина осторожных действий политического сыска там, где могут быть задеты интересы персон из верхних эшелонов власти, и при этом же беспощадность к затертым в жернова политического сыска относительно бесправным «простым людям». Увы, это все характерно не только для эпохи Анны Иоанновны и Ушакова.