К двадцатипятилетию первого съезда партии
- Автор: Эйдельман Б. Л., Поляк А. I.
- Год: 1923
- Язык: русский
- Год: Государственное издательство
- Жанр: История
Электронная книга - «К двадцатипятилетию первого съезда партии». Краткое содержание книги:
К осени 1897 г. отношения между местной и нашей виленско-витебской группой установились хорошие, и работа регулировалась совещаниями представителей. Кроме выше названных, необходимо указать, что в работе в это время принимали участие еще следующие лица: Петрусевич, И. X. Лалаянц[90], А. А. Машицкий[91], Франк-
[155]
фурт[92], Н. Зеликман, Лина Эстрин, Е. Рабинович[93], Р. Левина, Ф. Пружинина[94]), Р. Цейтлин[95], И. Бункина и др.
Когда связи с заводами, фабриками, мельницами и др. мастерскими у нас установились, естественно возникла мысль перейти от устного метода агитации к более широкому — посредством распространения прокламаций. Было решено выпустить одновременно ряд прокламаций. Для каждого завода выбирали тему, которая должна была заинтересовать не только более развитых, но и самых отсталых. Эти прокламации и были выпущены (на гектографе) за подписью Екатеринославского союза борьбы за освобождение рабочего класса, если не ошибаюсь, в январе 1898 г. Это и было первое официальное совместное выступление обеих групп.
Само собою разумеется, что такое неслыханное для Екатеринослава явление подняло на ноги жандармов. Были произведены некоторые аресты, но они почти не затронули главных сил нашей молодой организации.
Трудно ясно изложить те организационные формы, в которые вылился тогда наш «Союз». О строгих организационных формах тогда не могло быть и речи у нашей молодой организации. В общем, установилось следующее: в районе, который охватывает прилегающие к городу заводы и жел. дор. мастерские, работала «фабрично-заводская группа». В городе же на табачных фабриках, мельницах, типографиях и мелких мастерских работала так называемая городская группа.
[156]
Сравнивая организационные формы Екатеринославского союза с Киевским, можно найти много сходного. Если же сравнить «рабочую верхушку» Киевского союза с той же группой Екатеринославского союза, приходится констатировать, что среди екатеринославцев было гораздо больше «обстрелянных». И это вполне естественно, если вспомнить, какая была тогда тяга к новому многообещающему центру фабрично-заводской промышленности.
Не веря своим агитационным талантам, я сосредоточил свое внимание на вопросах организационного характера, а главное на вопросе о «литературе». Таким образом вышло, что мое внимание все более и более сосредоточилось на вопросе о печатании каким угодно способом. Но так как ни гектограф, ни мимеограф не могли удовлетворить нашу потребность, естественно, что мое хотя бы слабое знакомство с типографским искусством и мои познания в слесарном ремесле натолкнули меня на мысль, нельзя ли упростить до минимума печатание типографским способом.
Мои более частые встречи с М. Душканом и постоянные разговоры о «литературном голоде» привели к тому, что и я и он все более и более сообща задумывались над вопросом о типографии. В своих беседах он меня знакомил с постановкой дела печатания незадолго до этого вышедшего журнала на еврейском языке «Рабочий Голос».
Осенью этого года, как известно, состоялось первое совещание соц.-дем. в западной области, и был организован Еврейский рабочий союз («Бунд»), На совещание поехал в качестве гостя и М. Душкан. Он меня посвятил в это, и по возвращении мы с ним обсуждали вопрос об организации нелегальной типографии для русской работы.
Но вскоре после этого приехал к нам в Екатеринослав Айзик Поляк (Альберт) — наборщик и организатор типографии «Рабочей Газеты» — с предложением помочь ему поставить типографию «Рабочей Газеты» в Екатеринославе, так как дальнейшее ее пребывание в Киеве стало невозможным. Естественно, что я отозвался на это предложение и с тех пор отдался всецело делу организации перевода типографии и установки ее в Екатеринославе.
Решено было воспользоваться моим званием мастера кузнечно-слесарного цеха и взять на мое имя квартиру под
[157]
видом слесарной мастерской. Хотя средств для оборудования хорошей мастерской у нас тогда не было, но так как наше длительное пребывание в Екатеринославе мы тогда считали не рациональным, а подготовить типографию, в связи с предстоящим съездом, и выпустить 3 № «Рабочей Газеты», считали необходимым во что бы то ни стало, мы решили временно удовлетвориться хотя бы этой комбинацией. Таким образом было решено, что типография «Рабочей Газеты» переедет в Екатеринослав. Я взял на себя задачу подготовить подходящую квартиру с обстановкой. Альберт же вернулся в Киев организовать отправку типографии из Киева в Екатеринослав. Типография была отправлена и доставлена ко мне на квартиру без особых затруднений. И мы начали, пока прибудет материал для № 3, набирать и печатать книжку под названием «Новая победа»...
90
Лалаянц, И. X. — «Инсаров» — после съезда вошел в Екатеринославский кбмитет Р.С.-Д.Р.П. Был арестован в апреле 1900 г. по делу Екатеринославского комитета и «Южного Рабочего». После двухлетнего тюремного заключения был сослан в Восточную Сибирь, откуда вскоре бежал. Потом был арестован снова, долго сидел в тюрьме в Петербурге, откуда был сослан на каторгу. В настоящее время находится в Москве, где занимает ответственный пост на советской работе.
91
Машицкий, Ал. Ал. — был арестован в 1900 г. по делу Екатеринославского комитета Р.С.-Д.Р.П. и «Южного Рабочего». После двухлетнего тюремного заключения был сослан в Восточную Сибирь, откуда бежал и эмигрировал за границу. В настоящее время член Р.К.П., находится в Москве.
92
Франкфурт и Н. Зеликман переехали из Екатеринослава в Ростов, где были арестованы по делу Ростовского комитета Р-С.-Д Р.П.
93
Рабинович, Е. И. — была арестована 10 марта 1898 года в Екатеринославе, после четырехмесячного заключения была выслана под надзор полиции в Полтаву. 16 апреля 1900 г. вновь арестована по делу Екатеринославского комитета Р.С.-Д.Р.П. и «Южного Рабочего». В настоящее время находится в Москве.
94
Пружинина, Ф. И. — была арестована 10 марта 1893 г. Просидев 4 месяца в Одесской тюрьме, была выслана под надзор полиции в Полтаву. В апреле 1900 г. вновь была арестована в Екатеринославе по делу Екатеринославского комитета Р.С.-Д.Р.П. и «Южного Рабочего». Тюремное заключение на нее повлияло так сильно, что она психически заболела.
95
Цейтлина, Р. После освобождения из тюрьмы в 1898 г. примкнула к «Бунду», где много лет работала. Вследствие тюремной жизни и всяческих лишений, она заболела туберкулезом легких и долго лечилась в Давосе. Дальнейшая судьба ее неизвестна.