Истина существует: Жизнь Андрей Зализняка в рассказах ее участников

«Особую благодарность автор приносит своей матери Татьяне Константиновне Крапивиной за многообразную помощь на всех этапах многолетней работы по подготовке настоящего словаря», — написано в авторском предисловии к «Грамматическому словарю».

«Слова в „Грамматическом словаре“ отсортированы не по первым буквам, а по последним, — пишет в некрологе [84] лингвист Александр Пиперски. — Это может показаться странным, но в докомпьютерную эпоху такая сортировка была чрезвычайно полезной. Если вы изучаете русское словоизменение, вам могут понадобиться, например, все глаголы на -уть, а чтобы извлечь их из обычного словаря, понадобится прочитать его целиком; здесь же все они собраны в одном месте.

Прошло совсем немного времени после выхода „Грамматического словаря“, и оказалось, что нужно учить компьютер анализировать и синтезировать формы русских слов. Тут-то и пригодился „Грамматический словарь: выяснилось, что существует полное и четко формализованное описание русского словоизменения, которое и легло в основу большинства компьютерных программ, работающих с русским языком. Так, если ввести в поисковую систему слово „стол“, найдутся и страницы, где написано „стола“, „столу“, „столы“ и так далее, — а ведь для этого компьютер должен знать русскую морфологию. Он ее и знает благодаря „Грамматическому словарю“ — и не зря сегодня почти во всех статьях про русские слова в „Викисловаре“ подписано что-то вроде „тип склонения 2b по классификации А. А. Зализняка“».

Аркадий Борковский рассказывает мне:

— В «Лексиконе» [85] использовался спелчекер мой. Это был 1991–1992 год. Орфографию я делал на основе «Грамматического словаря». Там было простым способом описано все словоизменение всех русских слов: существительных, прилагательных, глаголов. Очень строгое, компактное описание. Оно было более сложное, чем нужно для компьютеров, потому что там все с ударениями, а ударения для компьютера не нужны. Поэтому там приходилось много-много классов склеивать. А в остальном там всем-всем основам, которые есть, были приписаны классы, которые задавали им их парадигму. Сегодня это простая работа. Это можно поручить какому-нибудь студенту в качестве курсовой работы для упражнения сделать, потому что есть корпус. Есть корпус, и все можно вынуть из корпуса, можно понять, одно это слово или нет, и все это расклассифицировать. Но тогда этот корпус был только в голове.

Всем, кто занимался хоть как-то обработкой языка, нужна была морфология.

Потом мы с Воложем [86] хотели построить модель понимания естественного языка, но на том этапе оно никуда дальше, чем морфология на основе зализняковского словаря, не пошло. В «Яндексе» для поиска морфологию взяли Зализняка.