Истина существует: Жизнь Андрей Зализняка в рассказах ее участников
- Автор: Бурас Мария Михайловна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Individuum Publishing
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Истина существует: Жизнь Андрей Зализняка в рассказах ее участников». Краткое содержание книги:
— Нет, такого не было. Не было никогда такой идеи. Единственное, что нужно было делать, это не звать его к телефону, когда звонит незнакомый голос. И это, в общем, соблюдалось. Сам он к телефону вообще никогда не подходил, кроме каких-то исключительных обстоятельств.
— Вообще работал он очень легко, мог и день, и ночь, — вспоминает Борис Андреевич Успенский. — Я вот тоже мог тогда даже и ночью работать, но я это делал как-то натужно, что ли. А он мог работать, работать, а потом месяц вообще ничего не делать. В отпуске, например. Ну, в отпуске мы все не работаем, но он мог и дома вот так: взять — и месяц ничего не делать совсем.
— Он был настолько трудолюбив, что это даже не черта, а просто такое жизненное свойство, — рассказывает мне Леонид Александрович Бассалыго. — Он всегда работал. Он был увлекающейся натурой, бесспорно. Никакого сомнения нет. Увлекающийся и восторженный такой, пожалуй.
— Моцартианское начало в Зализняке очень высоко, — говорит Николай Перцов. — Я помню, что в середине 1960-х годов я видел Зализняка в университетском дворике, часами проводящего время в прогулках и разговорах. «Как же он вообще успел сделать „Русское именное словоизменение“, — подумал я в совершенном ошеломлении, — когда человек так свободно распоряжается своим временем?» Это невероятно: лучезарный свободный Моцарт — и при этом «Русское именное словоизменение»!
Нам еще предстоит разгадывать загадку Зализняка: как в одном человеке соединяется такое воздушное моцартианское отношение к жизни и такая кротовья работа, такая нужная. Удивительное соединение таких полярностей в одном человеке.
«Кандидатская диссертация А. А. Зализняка называлась „Классификация и синтез именных парадигм в русском языке“, — пишет в некрологе Светлана Михайловна Толстая. — В 1967 году диссертация была издана в виде книги „Русское именное словоизменение“, сразу же ставшей классикой русистики».
— Что вы сейчас скажете о вашей книге «Русское именное словоизменение»? — спрашивает Владимир Андреевич Успенский Зализняка. — Что вы думаете сейчас?
ААЗ: Ничего не думаю.
ВАУ: Вот я не знаю, что нужно считать переворотом в языкознании: эту книгу или [перелистывает французско-русский словарь]… Нет, все-таки эту книгу — «Русское именное словоизменение». Это изложение диссертации Андрея Анатольевича. Это отдельная совершенно эпопея, как это все защищалось. Потому что… Всеобщее мнение его друзей и понимателей было, что, если бы вы защищали, скажем, в Московском университете, или в Институте русского языка, или где-нибудь там, скажем, в Институте языкознания, вас провалили бы вообще. Как мне справедливо сказал Тимофей Петрович Ломтев [80]: «А что, собственно, до вашего Зализняка не знали, как склонять слово „стол“?» Ну, вы не любите слишком сильных комплиментов, поэтому заткните уши. Книга эта совершенно гениальная. Потому ее бы просто и провалили, что это переворот в сознании. В лингвистике и в русистике.
Еще за три года до этой беседы, в 2007 году, на вручении Зализняку литературной премии Александра Солженицына в своем вступительном слове В. А. Успенский сказал: «…из наработок, относящихся к склонению, родилась знаменитая монография 1967 года „Русское именное словоизменение“, вошедшая в золотой фонд русской и мировой лингвистики.
Весной 1965 года мне довелось услышать такой вопрос: „А что, до Зализняка не знали, как склоняют русские слова?“ Знали, конечно, но знали на уровне использования языка его носителем, а не на уровне лингвистического описания. Полностью русское склонение было описано впервые именно Зализняком — здесь существенно слово „полностью“.
Впервые было дано исчерпывающее описание, не использующее слов „и так далее“, „и тому подобное“, многоточий и других апелляций к аналогиям».
«Бешеным, нечеловеческим терпением»
Вспоминая, как он перепаивал пишущую машинку, Зализняк говорит В. А. Успенскому:
— Вы это изображаете как что-то очень похвальное, а это не так. Потому что одновременно это и некоторый недостаток. Недостаток состоит в том, что имеется задача, которую можно решить бешеным, нечеловеческим терпением. И есть некоторые люди — вот я, к сожалению, попадаю в эту категорию, — которые по этому пути готовы идти. А между тем существует более достойный способ организации психической и менталитета, состоящий в том, что — если так, то надо изобрести другой способ! Ну, в этом случае — станок изобрести. Это мне напоминает историю с вашей задачей по стереометрии для поступающих на мехмат.
ВАУ: А именно? Я забыл.
ААЗ: Вы мне дали ее решать.
80
Т.П. Ломтев (2(15).10.1906–19.04.1972) — советский лингвист, в 1931–1933 годах работал в НИИ языкознания при Наркомпросе. В 1932 году составил первый советский «цитатник» В. И. Ленина на тему языка. В период, о котором идет речь, был заместителем декана филологического факультета МГУ по науке.