«Священные войны» Византии [publisher: SelfPub]

Желая создать унию с антихалкидонитами, в 535 г. император организовал переговоры с Севиром Антиохийским, в значительной степени утратившим свое влияние в Египте – там начинал довлеть Юлиан Галикарнасский. Активное участие в этих переговорах приняла и св. Феодора, на чьем обеспечении Севир находился в Константинополе. Параллельно с этим была проведена работа в самой Александрии, целью которой было направить в столицу не Севира, а патриарха Тимофея. Правда, в феврале 535 г. тот скончался, после чего севириане и их противники юлианисты рукоположили собственных патриархов, каждый из которых претендовал на легитимность. Но поскольку население египетской столицы в массе своей выступило против севириан, их патриарх Феодосий был вынужден бежать из города и прятаться в одном из сельских монастырей. Лишь в июне 535 г. он был восстановлен в правах и занял кафедру в Александрии[282].

В 535 г. умер Константинопольский патриарх Епифаний. Зная настроение масс, св. Феодора настояла на поставлении патриархом Трапезундского епископа Анфима (535—536), постника и аскета, признававшего Халкидон в части анафем на Нестория и Евтихия, но отвергшего его орос. Восторгу монофизитов не было предела, но это было только начало. Ободренный покровительством царя, еще вчера гонимый халкидонитами, Севир приехал в Константинополь и полностью подчинил своему влиянию столичного патриарха. Теперь св. Юстиниану пришлось поволноваться всерьез: внезапно выяснилось не только то, что он мало-помалу отказался от собственных убеждений, но в результате под угрозой оказалось общение с Римским епископом, столь необходимое императору для начала войны с остготами.

Помог св. Юстиниану замечательный подвижник Православия Антиохийский патриарх Ефрем (526—545), ставший на кафедру после смерти патриарха Евфрасия (521—526), погибшего во время землетрясения. Аскет, чрезвычайно порядочный и образованный человек, он пользовался непререкаемым авторитетом у своей паствы. Видя положение дел на Востоке и всерьез обеспокоенный ситуацией в столице, он написал напрямую Римскому папе Агапиту (535—536) письмо, в котором объективно описал состояние Восточной Церкви. Тот как раз отправлялся из Рима в Константинополь в качестве официального посла Остготского короля Феодогаста – кажется, это был единственный, хотя и малопривлекательный, способ для понтифика непосредственно переговорить со св. Юстинианом по наиболее важным вопросам, не опасаясь обвинений в измене остготам.