Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)
- Автор: Люблинская Александра Дмитриевна
- Год: 1959
- Язык: русский
- Год: Издательство Ленинградского университета
- Жанр: История
Электронная книга - «Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)». Краткое содержание книги:
В книге дана картина социально-экономических отношений и политической борьбы во Франции начала XVII в.
Социально-экономические отношения во Франции в начале XVII в. отличались чрезвычайной сложностью и пестротой. При этом следует подчеркнуть деление французского общества на две основные части. В одну из них входили различные группы, составлявшие господствующий класс. В то время они представляли собой преобладающую силу, но не в них было будущее страны. Это был класс в целом обреченный. Он распадался на враждовавшие между собой фракции, из которых феодальная знать, родовитое дворянство и высшее духовенство были сословиями реакционными, а новое дворянство и высшее чиновничество еще не до конца исчерпали свои относительно прогрессивные возможности и служили опорой крепнущему абсолютизму. Но и они должны были в недалеком будущем утратить свою относительную прогрессивность. Борьба этих внутриклассовых группировок отражала процесс складывания дворянского класса эпохи абсолютизма, класса, формировавшегося из средневекового рыцарского сословия и одворянившихся слоев буржуазии. Это была борьба за распределение феодальной ренты, за власть и могущество, и совершенно естественно, что перевес должен был оказаться на стороне новых элементов, сумевших приспособиться к изменившимся экономическим условиям и осуществлявших в своем хозяйствовании формы эксплуатации, переходные к капиталистическим.
Другую часть составляли буржуазия, плебейство и крестьянство, в которых было воплощено будущее страны. Только они своей незаметной повседневной работой активно разрушали устои феодального общества, подготовляя его переход на следующую, более высокую стадию развития. Разумеется, их роль в этом процессе была неодинакова, как неодинаково было в ту пору их отношение к господствующему феодальному строю. Трудовой народ городов и деревень стремился вовсе сбросить со своих плеч тяжкое ярмо эксплуатации. Буржуазия же, сама будучи эксплуататорским классом, пока еще приспособлялась к существующему режиму, находя в нем поддержку своей экономической деятельности и используя его силу для утверждения своей власти над наемными рабочими. Поэтому политический союз этих прогрессивных сил был в ту пору еще невозможен. Крестьянство и плебейство одни вели борьбу с абсолютистским государством, и это обрекало их на новые и новые поражения. Однако следует подчеркнуть, что эта упорная, борьба не допускала возврата к старым, уже изжитым отношениям и способствовала, таким образом, их дальнейшему разрушению.
Глава III.
Регентство Марин Медичи. Мир в Сент-Мену 1614 года
ревога охватила страну, как только разнеслась весть об убийстве Генриха IV.[212] Каковы бы ни были те упреки, которые предъявлялись королю, пока он был жив (тяжелые налоги и близость крайне непопулярной в народе войны были главными причинами недовольства широких слоев общества), все они померкли перед перспективой междоусобицы.[213] Население столицы и всех провинций оплакивало утрату еще недавно столь непопулярного короля, в тревоге ожидая дальнейших событий.
Вопрос об организации нового правительства, т. е. об установлении регентства, приобретал особую остроту. По инициативе старых советников Генриха IV (Вильруа, Жанена и канцлера Силлери) была проделана процедура назначения Парижским парламентом (единственным учреждением, чье решение в данном случае могло иметь хотя бы видимость законности, хотя установление регентства не входило в его права и обязанности) Марии Медичи единственной регентшей с передачей ей всей полноты власти. Самый опасный соперник королевы принц Конде находился в то время в далеком Милане в гостях (точнее в плену) у испанцев. Другого принца крови графа Суассона случайно не было в тот день в Париже. Таким образом, по счастливому стечению обстоятельств назначение королевы регентшей не было никем оспорено, и весь кабинет министров покойного короля остался по-прежнему у власти. Не только старые советники короля, но и часть феодальных вельмож, например Гизы и герцог д'Эпернон, торопили с провозглашением регентства Марии Медичи. Однако ими руководили отнюдь не интересы абсолютизма: они рассчитывали превратить королеву в послушное орудие в своих руках и, оттеснив сперва принцев крови, а затем и худородных министров, сосредоточить в своих руках всю полноту власти.
212
Вот что происходило, например, в Реймсе: горожане «бледные, расстроенные, совершенно растерявшиеся, считали, что со смертью короля погибнет и Франция...» (из местной хроники Пьеро Кокто, приведенной у М. Jadart. A Reims après la mort de Henri IV (Revue Henri IV, т. II, стр. 47). — Аналогичные данные для прочих провинций имеются во всех мемуарах эпохи.
213
Характерно убеждение Равальяка, что убийством короля он заслужит всеобщее одобрение. Он был потрясен, убедившись в обратном. — J.-B. Mathieu. Histoire de la mort de Henri IV. Paris, 1612; L'Estoile. Mémoires-journaulx, pp. Brunet, t. X. Paris, 1883, p. 258.