Зона отчуждения

�л о себе много нового. Сука. Ну... Там было нормально в принципе, если бы не мамулины закидоны насчет обращения моего внимания на девушек. - Ой, Ангел, смотри какая девочка симпатичная... А эта? У нее такая красивая улыбка! Ангел, а вон та? Нет? Ну чего ты кривишься? Пообщался бы... Бля-я-я... Хорошо хоть отец попросил ее оставить меня в покое, типа сам разберется, не маленький уже... Пасиб, папуль... Я уже разобрался. И тех, кто мне был нужен - там не было. Не, ну я-то не чистый гомик, конечно, и, может, в другом случае я с кем-то бы и замутил на пару деньков, но уж точно не сейчас. Я скучал. И снова звонил, слал эсэмэс. И хотел к моим клонам... Наконец-то в субботу вечером начал понемногу возвращаться к Яну голос... О-о-о... И какой это был голос... Секси. Хриплый, низкий, почти шепот... Но такой завораживающий... Правда, он еще говорил с трудом, но для меня и несколько слов от него услышать было за счастье. За три дня я загорел в солярии. Без белья загорал. И выглядел просто супер. Не сомневался даже, что моим мальчишкам это понравится. В понедельник вечером, когда мы вернулись домой, дергаться к клонам было бесполезно, Свят был в бассейне, Яна еще не выписали, и я устал с дороги, короче, вырубился и проспал до утра. В школе народ, завидуя, офигел от меня такого, выглядевшего как только что с курорта. А у меня с самого первого урока было шило в заднице... Я просто знал, что Янусю должны были выписать, а это означало, что я его сегодня - СЕГОДНЯ!!! - наконец-то увижу... На Свята я нарвался уже на первой перемене, и он, уставившись на меня, вот такого, украдкой облизался, покачав головой, а я ему показал средний палец, поиграв бровями. Поздоровались, короче. По Яну я соскучился ужасно... Блин, мне реально казалось, что я его не восемь дней не видел, а месяц. На четвертом уроке мне на трубу упала эсэмэска: "Выписали. Хочу тебя видеть. Смертельно..." Бля. У меня аж в мозгах помутилось... Ну разве можно ТАК со мной, а? Это же запрещенный прием. Садисткий практически. И что, люди? КАК можно было после такого высидеть еще три урока??? О, не-е-ет. Может кто-то бы и смог, но не я. И сразу же я скинул две эсэмэс. Одна предназначалась Святу: "Милый, прости, я срулю к Яну, его выписали... НЕ МОГУ БОЛЬШЕ!!!" На что через несколько минут пришел ответ: "Псих влюбленный)) Вали..." И вторую послал уже самому виновнику того, что мой мозг сейчас раскрошен напрочь: "Я еду к тебе! К ЧЕРТУ ВСЕ!!!" И да... Я рванул к нему вместе с рюкзаком, не заезжая домой, не думая ни о чем, кроме того, что через полчаса я смогу обнять ЕГО. Наконец-то! Я знал, что он меня будет ждать. И, да... Не думайте, я не надеялся, что мне обломится с ним кусочек секса, не-а... Сейчас я был счастлив его просто увидеть. Ну а если будет чуть больше... Если он позволит подарить ему немного нежности и подарит крошку ее и мне - это будет для меня верх желаний. В подъезде квартиры близнецов я даже и не попытался вызвать лифт. На это у меня не было терпения... На пятый этаж я просто взлетел, расстегивая на ходу куртку, и прилип к звонку, ожидая, когда услышу щелчок замка... Щелкнуло... Распахнулась дверь, и так же как распахнулась она, я распахнул на себе и курточку, сгребая к своему теплому телу черноволосое любимое создание, по которому дико тосковал, смеющееся, обзывающее меня психом, затягивающее меня в квартиру, пряча наши отношения от чужих глаз... - Господи... Ты невероятен. Придурок. Ты что от самой школы бежал? - шептал он мне в губы, обнимая за талию, заставив привалиться спиной к стене, а я, дыша после бега как затраханный до смерти динозавр, млел от его голоса, жара дыхания и запаха волос. - Почти... - Дин... Какой же ты... - Какой? Скажи, Ян... - Такой... Мой такой. Красивый. Очень... Я ревновал тебя... Хотя, если бы я знал, что ты там еще и загораешь, ревновал бы еще больше. - Дурак... - я почти скулил. - Знал бы ты, как я скучал. - Правда? - ...очень. - И я... Очень-очень... - Как ты себя чувствуешь, как горло? Еще немного хрипишь. - Все о'кей. Пройдет. Не обращай внимания. - С ума сошел? Как не обращать? На тебя... Не... Об... Ра...щать... Я не у... Ме... Ю... Я касался губами его левой щеки, при этом стараясь не тереться о только зажившую бровь, и осторожно продвигался губами к уголку его губ и молил его дать мне себя поцеловать, гладя по спине, прижимая его, положив ладошки на поясницу, заставляя прогнуться, чувствуя под тонким свитером низкий пояс джинсов. А он улыбался и не отстранялся ни телом, ни лицом, и это было замечательно. Я так ему был за это благодарен... И почти не чувствовал его напряжения. На физическом уровне его уж точно не было, скорее просто интуитивно я знал: он не может не понимать насколько я хочу его, а это означает, что я могу попытаться зайти дальше, чем он может мне позволить. Но я не собирался претендовать на большее. А, скорее всего, как и предлагал Свят, на самом деле просто осмелюсь попросить у него немного ласки для себя... И взамен отдам в сто раз больше... - Сними ты ее уже... - Ян дернул меня за полу куртки, и я кивнул: - Как скажешь... А потом я снял и куртку, и обувь, зафутболил в угол рюкзак, и, выдохнув, развернулся к наблюдавшему за мной Мозаику. - Голодный? Может покормить тебя? - этот еще не совсем восстановившийся голос, взгляд, ощупывающий мой загорелый фейс, блин... - Голодный... Только не в том смысле, - я улыбнулся скромно, почти стесняясь того, что только что сказал, и Ян склонил голову, вопросительно глядя на меня. А я подошел и оперся руками в стену над его плечами. - Расслабься, котенок, ладно? Не слушай меня, придурка... Я... Может и похотливый ублюдок, но умею себя контролировать. - Блин... Ангел... - он притянул меня к себе за шею. И я знал, что ему хочется просить у меня прощения. И знал за что... - Малыш, ну ты чего? Все о'кей... Трахнуться я могу и с твоим братиком... Ты же знаешь. А с тобой... У меня крышу рвет, Ян... Я так хочу...- и я решился, понимая, что это самый лучший момент для такой просьбы, - ... Просто ласкать тебя. Позволишь? Я... Остановлюсь сразу же, если ты скажешь: "Стоп". Ты же доверяешь мне, правда? Ян, замерев, тепло дышал мне в плечо несколько секунд, а потом задал вопрос, от которого я чуть не скончался от счастья: - Ты такой весь загорелый? *** Лежа на спине Яна, я тихонько терся об него всем телом, изнывая от желания, все выше подтягиваясь к плечам, до которых задрал свитер, и теперь пытался его стащить совсем. Справившись и откинув ненужную вещь подальше, поцеловал взлохмаченный затылок. Сдерживая скулеж, огладил голые, худенькие, но довольно широкие, и такие теплые плечи, ощущая мышцы, выступившие на предплечьях из-за поднятых вверх рук. Откинув волосы, вылизал ушко под его мычание, чуть поиграв с мочкой языком, тихонько засасывая ее... И целовал... Целовал... Целовал... Снова и снова... Шею, скулу, затылок, плечи, руки, пальчики, слушая тихие стоны моего мальчишки. Яна вштыривало все больше, я это не просто чувствовал, я это видел. Он хотел меня. До дрожи. До мурашек, покрывающих обнаженную кожу, и мне пришлось у него даже спросить, не холодно ли ему, и он, смущаясь, ответил, что вовсе не от холода его так трясет... Вот так вот. Возбужден был так, что этого не скрыть. И я говорю не о том, что у него на меня встало и трясло, как в лихорадке, было бы странно, если бы после почти месяца, как мы не были вместе, этого не произошло... Я о том, что ощущал сам: его желание такой силы, что он мне сейчас отдастся беспрекословно. Не скажет: "Стоп". Не сможет... И не просто на все наплевав, а потому что не найдет сил вспомнить, что ЭТО он себе разрешить не имеет права. Но, как бы там ни было, я не мог позволить самому себе нырнуть безоглядно в те ощущения и желания, что бушевали во мне. Такое я мог позволить со Святом, не боясь потерять контроль, но не с Мозаиком, и не собирался воспользоваться его таким состоянием. Я бы себе потом этого не простил... Надеюсь, вы меня понимаете. До ужаса боялся и того, что он может вдруг осознать, что происходящее - это именно то, чего он опасался столько времени, и тогда он мог меня просто оттолкнуть и морально и физически, вернувшись в то свое состояние... И тогда это будет реальный пиздец. Поэтому я знал - очень важно, чтобы он ясно понимал, что с ним происходит, и чтобы на это шел сознательно... А пока я делал то, что мы могли оба позволить. Я вылизывал его. И в прямом и переносном смысле. Предплечья, лопатки, позвоночник, открытую поясницу, ямочки на ней... А потом прижался губами к его уху и прошептал: - Янусь, можно мне расстегнуть на тебе джинсы, а? Он кивнул. И я благодарно поцеловал его в уголок губ. И запустив руку под него, чуть приподнявшего бедра, чтобы мне было удобно, чувствуя, как сокращаются мышцы на животе, медленно расстегивал пояс, ширинку... Забрался ему в боксеры, к паху, нащупал отросшие волосы на его обычно гладком лобке, и это почему-то показалось сейчас таким невероятно трогательным... Слыша рваное дыхание, аккуратно начал ласкать, чуть развернув его на бок, прижимая к себе спиной, обнимая одной рукой, чувствуя под пальцами колечко в соске, нежно его теребя, продолжал целовать и плечи, и шею, и в губы, когда он поворачивал ко мне лицо, сам при этом стискивая пальцами джинсы на моем бедре. И мне до ужаса хотелось их с себя стащить, так же как и рубашку, и ощущать своего парня всем телом... Прикасаться своей голой кожей к его, такой же обнаженной и горячей. Но я не спешил. Хоть и мог кончить в любую минуту себе в штаны, бля... Но все-таки надеясь, что продержусь как можно дольше. А когда стало совсем невтерпеж, я попросил: - Я сниму все, о'кей? Просто хочу всего тебя чувствоват�