Зона отчуждения

   Мы еще с полчаса побыли вместе, решили, что завтра дергаться никуда не будем, тем более у Свята бассейн, да и нужно было время, чтобы Юрик прочесал своих друзей насчет каких-то новостей про Белку. - И вообще, чтобы ты знал, я не хочу, чтобы вы с Яном без меня шлялись хер знает где... - выдал Свят, и я усмехнулся: - Ты серьезно? - Вполне. - Он дернул коленом и только потом посмотрел на меня. - Мне хватит того, что уже случилось, Дин. Надолго хватит. Мне было безумно приятно. Ну вот не знаю... Да, я понимаю, что я мог бы там возмутиться, что типа за кого ты меня принимаешь, я что не мужик, в конце концов, да? Но... Так выдрючиться я мог перед кем угодно, но не перед ним. Я тихонько хмыкнул, покачал головой, глядя в сторону, поражаясь своей реакции на действия Свята. А он и не стал никак комментировать это мое хмыканье. - Пообещай, Дин, что при любом раскладе - срочно там, не срочно - без меня вы никуда соваться не будете. И что ты это, при надобности, ОЧЕНЬ настойчиво и понятно объяснишь и мелкому. - Обещаю... - кивнул я, все так же улыбаясь как придурок, и очень надеялся, что во мраке салона он не видит этого. Хотя... Он же не идиот, понимает, что я в этой его просьбе слышу не только желание лидера все контролировать, но и то, что для него очень важно знать, что с нами без него ничего не случится. Ну и... Все, что следовало уже из этого. Господи. Да надо ли мне это вам разжевывать, правильно? А потом я позвонил Яну. А подняла трубку мама близнецов. Я даже опешил, потом испугался, что что-то с Мозаиком, но оказалось, что он просто-напросто заснул после приема жаропонижающих. Мама предположила, что это грипп, и собиралась с утра вызвать врача. Я разговаривал с Александрой Геннадьевной, чувствуя, как напряжен Свят, а потом он просто выдрал у меня из рук трубку: - Мама, какая у него температура? Может скорую? Да? А... Ну хорошо. О'кей, я понял. Я приду скоро. Мы тут возле дома в машине, не переживай. Помню про уроки! Все сделаю. Время еще детское. Пока, я скоро. Свят отключился, сунул мне трубу в руку и откинул голову назад: - Черт. - Может не грипп? Просто простуда... - наивно предположил я, до ужаса боясь, что если это так и клоны заболеют оба, то я их дней десять вообще не увижу. - Завтра будет видно. Сейчас нажрался таблеток, температура спала. - Блин. Хоть бы не грипп. Ты же тоже подхватишь, да? А я... Один. Черт. - Успокойся. Завтра будет видно. *** Проснувшись утром во вторник, Ян не смог говорить, вызвали врача, обнаружили сильную ангину и до пятницы ему дали больничный, предупредив, что если к концу недели будет держаться даже невысокая температура, чтобы снова вызвали врача на дом. Я знал, что буду дико тосковать от невозможности его видеть, но ничего другого не оставалось, как просто тупо ждать его выздоровления. Святуся, гад, фашист чертов, меня к нему не пускал, боясь, что и я подхвачу инфекцию. - Тебе можно быть рядом, да? А мне нет? - Придурок, я плаванием занимаюсь, и мне не так-то просто заразиться! У меня иммунитет сильнее, понял? И не мечтай даже! Потерпишь пару дней! Ничего с тобой не сделается! И так перезваниваетесь по сто раз на день, блядь! - Перезваниваемся, ага! Да он и слова мне сказать не может! - Но ты-то можешь? - Бли-и-ин, садист! Я скучаю! - Это не смертельно! Ну? И что можно было возразить? Да ничего. Я просто возмущенно пыхтел, понимая, что этот засранец прав. У Юрика для нас новостей не оказалось, но мы попросили у его соседа, того самого лаборанта, узнать, не остались ли в институте какие-то данные на Белку, может, есть возможность как-то связаться с ее родственниками.. А я продолжал скучать дальше, по нескольку раз в день просто звоня своему молчащему эмо и наговаривая ему на ухо всякую нежную, а иногда просто чушь. И знал, что, слушая мой голос, чего бы я ему там не нес, он улыбается. В четверг Кир нам дал номер домашнего телефона родителей Белки, который сосед Юрика узнал даже и не в деканате, не в документах, оставшихся после зачисления в институт, а у ее земляка с бывшего курса ( кстати, как я понял, именно с этим парнем уже сталкивались Ян и Кир раньше, но толку от этого тогда было ноль), и, видимо, в самих оставшихся в институте записях не оказалось этого номера, иначе бы при другом раскладе, еще когда выясняли связи того иностранца, вышли бы на ее родителей. Ну и мы позвонили по межгороду. Кстати, у Белки оказалась имя - Инна. Короче, не стали вдаваться в подробности, когда позвонили, даже не сказали, что она уже не учится в институте, просто спросили, как можно ее найти или номер телефона. Мать ответила, что Инночка (блядина такая) потеряла свой мобильный и звонить ей пока приходится редко и на домашний телефон, так что нет возможности дать нам ее номер. А ее, если очень нужно, можно найти и в институте, на таком-то факультете, на таком-то курсе... И бла-бла-бла... Угу. Коне-е-ечно. Как только, так и сразу. - Блядь... Надо было сказать, что их дорогая Инночка проститутка еще та, да еще и возможно, что с ВИЧ-инфекцией! Предки ее бы и сами быстренько нашли! - Святуся рвал и метал, когда мы выходили из главпочтамта, откуда и звонили. Я улыбнулся: - Знаешь, а эта хорошая мысль, кстати... Я так думаю, что если мы ее в ближайшее время не найдем, то так и сделаем, да? - И не сомневайся даже. Долго я ждать не буду... Максимум неделю. Вот, так что мы даже чуть успокоились после этого звонка ее родителям, по крайней мере, мы знали, что она им иногда звонит, а это уже было хорошо. *** И на самом деле до конца недели не было продвижений, и в пятницу, которую я так ждал, надеясь, что Яна выпишут, этого тоже фиг дождался... К нему даже голос еще не вернулся, какая там выписка, блин... И в ту же пятницу отец мне заявил, что мы все вместе вечером едем на выходные за город в пансионат, и что уже забронирован для нас номер до понедельника. Я чуть не взвыл сначала. Ну да, я знаю: сауна, бассейн, массаж, бильярд, закрытый теннисный корт и все такое, но... - Езжай, придурок... Вернешься как раз ко вторнику, а там, может, и Яна выпишут. Ты же видишь, что пока затишье... А потом, когда все соберемся, и подумаем, что делать дальше... Скорее всего, на самом деле придется снова звонить ее предкам и все выкладывать... - заявил мне Святуся, когда я позвонил ему, еще не решив, ехать или отбрыкаться от всей этой фигни. Короче... Без желания, но я поехал. И то, только потому, что Свят к этому отнесся нормально. Если бы я хоть капельку ощутил, что ему важно, чтобы я остался - ни фига не поехал бы конечно. И уж не мог я не пообещать моему чудовищу поотрывать все что плохо приклеплено к его телу, если надумает "вспомнить" в эти дни без меня о Доке или о других с этой компании... За что и узн�