Зона отчуждения

� рту, что нет сил удержать восхищенный скулеж и не прижаться к жаркому телу еще крепче. Мой такой. Невероятный... Нежный... Грубый... Дерзкий... Сумасшедший... Невыносимый... Мой... Тонкие пальцы под резинку боксеров, сильно сжимаю ягодицы, и он напрягает на них мышцы. Я чувствую это и улыбаюсь в поцелуе, крошащем мозг, возбуждающем все сильнее. Успокойся. Я хочу... Поглаживаю его попку, чувствуя мурашки на ней, дыбом вставшие нежные волоски и не могу не улыбаться.Ты такой... Всегда чувствую твое волнение, как бы ты не старался это скрыть, мой милый... Но я никогда не показываю, что знаю это. И не щажу тебя, когда беру. Тебе это надо, иногда ты сам хочешь секса, не будучи как следует подготовленным... Я не знаю, зачем ты это делаешь. Нетерпение? Я не верю... Не верю в это... Ты... Ты просто не хочешь показать, что боишься боли, да? Не хочешь показаться неженкой? Только мне это не нужно... Я и без этого знаю, что ты сильный... Сильный, но такой ранимый... И это заставляет любить тебя еще сильнее... А ты, глупый, этого не понимаешь... Выдираю свою руку из его штанов и, оторвавшись от губ, облизываю пальцы, беря их в рот целиком... - Блядь... О, не-е-ет... - хрипит он, понимая, зачем все это, но я снова затыкаю ему рот поцелуем и возвращаю руку на место - за его пояс - после выдоха: - О, да-а-а... Расслабься. Мне надо... Мои мокрые пальцы скользят между ягодиц, опускаясь все ниже, а его все сильнее судорожно вжимаются мне в поясницу. Сука... Больно же. Зря... Ведь знает, что я не отступлю, если хочу ТАК. Без "боя" не сдам позиции, никогда не сдавал и не собираюсь, не-а... Он зажимается, вздрагивает, резко выдыхая... Господи... Как же мне крышу рвет, когда он такой. Я знаю, что все его ощущения и оголенные нервы внизу, там, где я его сейчас касаюсь. О да... Втягивает воздух сквозь сжатые зубы, когда нежно обвожу сжатые мышцы. Судорогой сводит упругий живот с обожаемой мной до потери пульса блядской дорожкой на нем. Не выдерживает и глухо выстанывает. И так, что начинает кружиться голова... Мама дорогая... И это тот, кто перетрахал половину геев нашего города? О'кей... Знаю, что в отличие от них всех, я единственный, кто имеет его. Знаю, что я для него совершенно другое... Другой. Нежно касаюсь губами его шеи, целую успокаивающе... И хочу успокоиться сам. Плавится рассудок, вздрагивая как горячий воздух над раскаленным асфальтом... И я не могу это остановить... Экстаз такой, что в ушах жарко и долбит пульсом в виски... Мои? Его? ... И в то же время сознание такое ясное и четкое, будто хапнул порцию чистейшего кокаина... У меня сейчас тоже все нервы там... На кончиках пальцев, которыми ласкаю. Это невыносимая пытка не только для него, но и для меня, так было всегда. Когда он сходит с ума в моих руках, мне кажется, что я могу ... хочу умереть. Я ощущаю каждой клеточкой своего тела, как по его венам хлещет кайф, всепоглощающий и сметающий все на своем пути, как мощная лавина.Чувствую каждую его истерично дрожащую клеточку... Всей кожей ощущаю жар его внутреннего состояния. Оно перетекает от него ко мне... И обратно... И знаю, что в такие минуты он не принадлежит себе. Совершенно... Он мой... Мой... И от этого хочется реветь. Коленом заставляю его сильнее раздвинуть ноги, он вроде даже сопротивляется, для порядку, недовольно сводя брови, но все-таки подчиняется моему желанию. Умница... - Расслабься... - шепчу и еще раз обвожу подушечкой сжатые мышцы, аккуратно ввожу в него палец, и он не выдерживает и, оторвавшись от моих губ, запрокидывает голову с шумным выдохом. - Га-а-ад... Ну, ты же знаешь... Я такой. Меня раздирает на сотни маленьких Ангелов, а он такой... Беспомощный совершенно от накатывающего острого наслаждения. И нет возможности мне в глаза смотреть. Но зато я смотрю пока есть силы и не отвожу взгляда от розовых, бесстыже зацелованных, влажных, покусанных мной самим его губ, приоткрытых сейчас. И продолжаю сладкую пытку, лаская все глубже, где горячо и так узко, входя в него уже двумя пальцами... Пульсирующий... Весь. А потом он начинает двигать бедрами, все сильнее расслабляясь, хватая ртом воздух, все так же оставляя на моей коже синяки, а я касаюсь губами испарины на его шее и висках, слизывая ее, впитывая его вкус... У обоих почти подгибаются колени, понимаю, что скоро придется моего расслабленного Зверя перекантовать на постель и продолжить уже там... А пока... Пока он отдается моим пальцам... Все сильнее разводя ноги, и я почти и не чувствую его напряжения. Накативший экстаз вытесняет все остальное. И мой Зверь отдается ему так же, как и мне... Моим ласкам, моим рукам. Я, не прекращая растягивать его, склоняюсь к груди, тереблю языком сосок, прикусываю и зализываю, а совсем рядом бьется в ребра заведенное адреналином и безудержным желанием его безумствующее сердце... Целую, оставляя влажную дорожку от соска к ямочке на ключице, вылизываю ее, и перемещаюсь к шее... К невероятно сильно бьющейся вене ... Концентрируясь на ней, такой невыносимо живой, касаясь кончиком языка, замедляюсь ненамеренно, теряя напор там внизу, и Свят, недовольно выстонав, хрипит сквозь зубы: - Бля.... Не останавливайся... Не вздумай! А я и не собирался... Просто чуть отвлекся. Он на пределе. Знаю, как ему сейчас в облом будет оказаться без моих пальцев в его попке, но ничего не поделаешь, если придется перебраться на постель. И я решаюсь на другое... Так будет быстрее... - Сейчас милый... Дай мне пару секунд... Медленно вынимаю из него пальцы, а потом в несколько движений сдираю с его бедер джинсы, белье, становлюсь на колени, завожу ту же руку под пах и, возвращая пальцы на место, в жар его тела, раздвигая ими трепещущие стенки, и накрываю ртом стоящий колом член... - О да-а-а... - выдыхает с благодарностью и сразу кладет мне на затылок ладошку. Не направляя, просто гладя кожу под волосами. И я начинаю вылизывать его вздрагивающий член. Терпкая смазка и нежная кожа... Языком и губами, все так же трахая его пальцами. Я хотел, чтобы он кончил. Он более вздрючен, чем я... И это понятно, до него я был с Яном... Нежно обсасывая головку, обводя ее языком, игрался с уздечкой и дырочкой, зная, как это нравится моему монстру... А он тихонько постанывал, купаясь в экстазе, сминая мои волосы... Но я начал подводить его к оргазму, увеличивая темп и напор вхождения, цепляя при этом ту волшебную точку, при прикосновении к которой начинаешь забывать свое имя... Свят уже мог только тихонько поскуливать, тяжело дыша, сжимая основание члена свободной рукой, а я не сомневался, что еще самое большее полминуты и он "взорвется". Был готов к этому... - А-а-а... Кончу... Отвали... - глухой хрип и моя улыбка. Угу... Ща. Размечтался. Я лишь увеличил напор, и почти сразу в небо ударила теплая волна... За ней еще и еще... Спазматически вздрагивающий член у меня в руке... И откровенные стоны, которыми захлебывается Свят, теряя остатки сил держаться на ногах... *** После того, как мой ненаглядный кончил сам, опускаясь на колени, заваливаясь на меня без сил, тут же еще дрожащими руками расстегнул на мне джинсы и вот так, прямо на полу, целуя в засос, вылизывая мой рот со своей же спермой, заставил кончить только от его руки... У меня даже не было времени и возможности возразить... Хотя я просто знал, что он все равно не послушает меня. Резко, мощно, с таким напором, что в мозгах потемнело... И потом с таким садистским наслаждением, кусая губы, похабно улыбаясь, в упор смотрел мне в лицо, когда я кончал. Дря-я-янь... *** - Я очень надеюсь, что мы не разбудили мелкого... - Свят, лежавший за спиной, шептал в затылок, вжимаясь своим влажным, горячим телом в меня, еще дрожащего, со сдвинутой крышей, прижимая ладошку к моему животу, измазанному спермой, и сам все еще тяжело дышал... Якивнул, облизавшись: - И я надеюсь... Думаю, что он поспит еще немного. Ему тепло, ты же его укрыл? - угуканье мне в шею. - Во-о-от... Он рано сегодня встал на прием... И еще слаб, даже не полностью голос восстановился и... - ... Вы-ы-ымотан тобой... Да, милый? - Я усмехнулся, кивая. - Мальчика по полной расслабил? М? Поцелуй в скулу. Моя немного смущенная улыбка в ответ. - О йес... И его, и себя. Я был нежен... Хмыканье, пара секунд молчания. Так тянуще приятно ломит все мышцы... У моего тела сегодня прям праздник какой-то... Сначала Ян, теперь вот СвятИ я знаю, что ему мало того, что было... А это значит, что он захочет еще. И я дам ему это "еще". Обязательно. Я не хочу, чтобы он чувствовал, что не до конца удовлетворен. Пока нет возможности добрать ЭТОГО с братом. - Ты меня обманул, Ангел... Поворачиваю голову, не понимая, желая видеть его глаза. - Обманул? Я? Ты о чем, солнце? - О том.... Что ты собирался показать, как было с ним, а... О го-о-осподи... Закрываю глаза с улыбкой, вжимаясь влажным лбом в подушку. - Ну... Ты же не делал с ним всего этого. Или я не прав? - его губы где-то у меня за ухом. - Скажи... - Я хотел с ним только ласки. Ты же знаешь.- Получил, что хотел? Добился? - Не добивался... Просто попросил... Свят развернул меня, заставив лечь на спину, заглянул в глаза: - Он тебе доверяет... - Доверяет. И я смог... Сдерживался. Я смотрел в его еще затянутые пеленой возбуждения голубые глаза, такие близкие, а он неспешно рассматривал мое лицо. - Ты молодец... - прошептал он. - Ты можешь больше, чем я. - Ты серьезно? Думаешь, что не смог бы остановиться только на ласке? - не поверил я. - Нет... Я думаю, что не смог бы выкинуть из головы, что он меня боится. - Бля... Господи! О чем ты? Он простил тебя! Придурок... Мама дорогая... Сколько же у тебя в башке дерьма, милый! - я покачал головой, усмехаясь и гладя его затылок. - Я же говорил