За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях
- Автор: Эрскин Ричард Г., Морсунд Джанет П.
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Iнтерсервiс
- ISBN: 978-617-696-739-2
- Жанр: Психология
Электронная книга - «За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях». Краткое содержание книги:
В этой книге авторы уделяют много внимания важности отношений в психотерапии. Отношения между людьми составляют основу нашей повседневной жизни.
Авторы описывают интегративный подход в психотерапии, который они разработали и теперь преподают в Институте интегративной психотерапии в Нью-Йорке. Он опирается на клиент-центрированную терапию Роджерса, Транзактный Анализ Берна, гештальт-терапию Перлза, психологию самости Кохута и работы британских теоретиков объектных отношений. Эта книга знакомит с теорией, лежащей в основе такого подхода, приводя примеры реальных бесед между терапевтами и клиентами, чтобы проиллюстрировать представленные концепции. Во второй части книги подробно описано применение этого метода в терапевтической работе, также там приведены практически полные транскрипты семи терапевтических сессий. Они включают примеры психотерапевтической регрессии, работы с родительским интроектом, психотерапию пар и многое другое.
Уязвимость
Нельзя быть по-настоящему открытым, не будучи уязвимым. Выбирая открытость, терапевт неизбежно рискует, что клиент затронет его, будет влиять на него и менять его. Как и все остальное в терапии, ориентированной на отношения, уязвимость является «улицей с двусторонним движением»: клиенту предлагается стать уязвимым - то есть позволить себе быть беззащитным и подвергаться влиянию - с терапевтом, но для того, чтобы сделать это предложение достойным доверия, терапевт тоже должен рисковать.
Позволить себе быть уязвимым является рискованным делом. Это опасно для терапевта, который не может оставаться защищенным и неприкосновенным за щитом профессиональной отстраненности. Это вдвойне рискованно для клиента: его побуждают стать уязвимым не просто перед терапевтом, но перед терапевтом, который из-за своих собственных несовершенств не всегда будет объективным, понятным и правильным. Короче говоря, уязвимый терапевт является прежде всего человеком, со всеми возможностями совершения ошибок, которые влечет за собой эта человечность. Терапевтические отношения являются микрокосмом, отражающим парадокс всех человеческих отношений: для того чтобы полностью стать самим собой, необходимо иметь контакт с другими людьми, но при этом ты сам неизбежно меняешься за счет того самого контакта, который позволяет тебе выжить.
Давайте вернемся к более практическому рассмотрению уязвимости терапевта: как она выражается, и как она может быть локализована и направлена на пользу наших клиентов? Что касается первого вопроса, то наша уязвимость выражается через нашу открытость. Терапевт, который действительно открыт для своего внутреннего опыта, будет естественно и неизбежно демонстрировать то, как на него воздействует клиент. Когда у терапевта возникает, например, печаль, интерес или нетерпение, они выводятся в осознание. В следующем примере Нелл в течение некоторого времени уклонялась и защищалась. Несмотря на понимание терапевтом функции этих форм поведения, она начинает испытывать фрустрацию. Она искренне заботится о Нелл, и именно потому, что она заботится, она уязвима для этого чувства разочарования: она хочет помочь; она хочет видеть, как Нелл вырывается из старых паттернов, но Нелл этого не делает. Вместо того чтобы разыгрывать принятие, которого она не чувствует (на данный момент), терапевт бросает Нелл вызов.
Терапевт: Знаете, Нелл, я не верю тому, что вы только что сказали. И если вы хотите изменить свою жизнь, вы должны будете идти со мной на некоторый риск.
Нелл: Я думала, что я только что это сделала.
Терапевт: Мне не кажется, что вы рискуете со мной. Я чувствую, что вы хотите следовать со мной той же схеме, которой вы следуете со всеми остальными. Вы только что процитировали себя: «Я буду делать с вами то, что я делаю с моей матерью». Итак, если вы хотите изменить свою внутреннюю жизнь, вы должны будете идти со мной на некоторый риск и относиться ко мне иначе, чем к своей матери. Готовы ли вы быть со мной другой?
Этот пример особенно интересен тем, что он оставляет открытым вопрос о том, было ли вмешательство терапевта более мотивировано ее собственным уровнем разочарования, или тем, что она думала, что вмешательство будет наиболее полезным для клиента. Однако, ставя этот вопрос, мы создали искусственную дихотомию. Выражение терапевтом своих чувств, своей собственной уязвимости является наиболее полезным для клиента. Техническая экспертиза без заботы и уязвимости будет стерильной и непродуктивной; забота и уязвимость без терапевтической компетентности будет эгоистичной и неэтичной. Но когда они присутствуют вместе, каждая из них информирует и направляет другую; их комбинация является сутью терапевтических отношений.
Надлежащая уязвимость терапевта находится на тонкой грани между недостаточной заботой (слишком мало уязвимости, так что клиент чувствует, что его личность не важна, и отношения становятся обманом) и чрезмерной вовлеченностью или сверхзаботой (так что клиент чувствует нарушение его личного пространства или небезопасность). На каком-то уровне и в определенные периоды клиенты нуждаются в том, чтобы их терапевт был всемогущим волшебным существом, которое, будучи неподверженным человеческой склонности к ошибкам, полностью сосредоточено на переживаниях клиента и посвящено им. На других уровнях и в других случаях клиенты хотели бы, чтобы их терапевты перестали быть терапевтами, а стали друзьями, начали опираться на клиента и для разнообразия сами иногда нуждались в помощи. Тонкая грань достаточной уязвимости отмечает напряженность между этими противоположностями (Kohut, 1971). Как это часто бывает, большая часть этого смешения противоположностей передается невербально, интонацией голоса и языком тела. Дэн, к примеру, начал один из фрагментов работы с рассказа о своем чувстве отверженности, когда терапевту, по личным причинам, пришлось рано покинуть предыдущую сессию. Далее он рассказывает о других случаях, когда у него возникало чувство отверженности, и как болезненно оно было для него. В следующем коротком диалоге в конце работы терапевт выражает подлинную заботу, реальную уязвимость по отношению к боли Дэна и настоящее сожаление по поводу своей роли в ее появлении. Но, в то же время она посылает четкое невербальное сообщение, что она по-прежнему владеет собой, очень хорошо осознаёт терапевтические потребности Дэна и твердо намерена реагировать на них профессионально.