Парламентская Фронда: Франция, 1643–1653

Они набросились на него с криком: «Вот он, грабитель!», и насмерть перепуганный Торе якобы закричал в ответ: «Это не я, это мой отец!»[316]. Впрочем, сыну «грабителя» удалось ускользнуть невредимым, но буржуа избили до полусмерти его слугу, защищавшего своего хозяина[317]. Однако факт нападения толпы на члена парламента был налицо, и он требовал возбуждения уголовного дела.

На другой день, 9 января, обстановка накалилась еще больше. Оскорблениям участников сходки подвергся сам первый президент Моле. Не теряя самообладания, он объявил смутьянам, что «если они не образумятся, он велит тут же поставить виселицы и их повесить». Из толпы ответили: «Ничего, виселицы для плохих судей пригодятся!»[318]. Нани отмечает, что многие кричали: «Неаполь! Неаполь!»: парижан вдохновлял пример успешной антиналоговой борьбы неаполитанцев[319].

Вечером того же дня королева приказала парламенту запретить мятежные сходки и арестовать их зачинщиков. Утром 10 января силы порядка легко очистили от посторонних Дворец Правосудия, но дело этим не кончилось.

В ночь на 11 января началась пальба в воздух из ружей: горожане демонстрировали свою готовность к борьбе. Главный королевский судья Парижа (lieutenant civil) д'Обрэ послал своих людей по городским кварталам узнать о причине стрельбы, и спрошенные буржуа отвечали его посланцам, что они «испытывают свое оружие для службы королю, и напрямик говорили, что если от них потребуют денег, то они решились последовать примеру неаполитанцев»[320].

11 января парламент вынес решение о возбуждении дела против четырех наиболее активных участников сходок и об их аресте. Среди них выделялся богатый купец-оптовик Пьер Кадо, торговавший полотном на улице Сен-Дени, капитан городской милиции в своем квартале. В этот же день купеческие жены пытались напрямую обратиться к посетившей субботнюю мессу в Нотр-Дам королеве, но были оттеснены охраной. К вечеру стали собираться толпы горожан, желавших «пойти к дому д'Эмери и разграбить его»[321]. Это уже походило на волнения 4 июля 1644 г. — с той разницей, что теперь мятежники были бы вооружены не одними палками… Власти приняли меры предосторожности: гвардейские части взяли под охрану Пале-Рояль, дом сюринтенданта и мосты через Сену.

Всю ночь на 12 января гвардейцы не спали, готовясь к предстоящей операции по аресту опасных преступников. Не спали и горожане: били барабаны, гремели мушкетные выстрелы… К 4 часам утра войска стали выдвигаться на «боевые позиции».

Мобилизация была внушительной: парижанам противостояли роты полков Французской и Швейцарской гвардии, гвардейские роты легкой и тяжелой кавалерии; общее командование принадлежало генеральному полковнику швейцарской пехоты маршалу Шарлю Шомбергу. Войска были развернуты вдоль улицы Сен-Дени и блокировали одноименные городские ворота. Ударили в набат три церкви по улице Сен-Дени… «Купцы, которые могли бы многое потерять, были готовы защищать свою безопасность и свои дома от разграбления их солдатами»[322].