Эпидемия безбрачия среди русских крестьянок. Спасовки в XVIII–XIX веках

Разумеется, уровни женского отвращения от брака в разных деревнях уезда — так же как и в приходе с. Купля — были весьма разные. Сопротивление браку в Шубино близко следовало за сопротивлением браку в Алёшково, и Ветельницы ненамного отставали. Лучинсково (известное также как Городище), Княжичи (после 1763 г.) и Арефино (кроме 1782 г.) шли более или менее вровень с Пешково, с весьма малым для этого уезда количеством женщин, никогда не выходивших замуж. Купреяново и Светильново оказались посередине. В целом, однако, уровень сопротивления браку был поразительно высок, особенно если мы вспомним, что в таблице 3.6 оценивается сопротивление по контингентам, которые включали в себя как родившихся в данном месте и никогда не выходивших замуж женщин, так и привозных невест. Так же как отвращение от брака среди женщин, родившихся в Случково, было не 44,3 %, а 70 %, так и сопротивление браку среди женщин, родившихся в деревнях из таблицы 3.6, было, вероятно, еще больше: близко к 40 % в Шубино, 30 % в Ветельницах, значительно выше 20 % в Купреяново и Светильново и, по-видимому, около 25 %, если взять все семь деревень вместе. Поскольку я выбрал эти деревни произвольно из дворцовых деревень в радиусе 10 километров от прихода с. Купля, в совокупности они дают представление о ситуации во всей этой части Гороховецкого уезда. Сопротивление браку среди дворцовых крестьян было здесь высоко и устойчиво. Одно отличие деревень из таблицы 3.6 от дворцовых деревень прихода с. Купля было в том, что отвращение от брака здесь, похоже, достигло пика и затем, после 1782 г., выровнялось. В то время как в Случково и Алёшково отвращение от брака значительно выросло с 1782 по 1795 г., в этих деревнях было лишь подобие произвольных колебаний.

Как и в приходе с. Купля, помещичьи крестьянки в остальной части уезда были менее склонны к сопротивлению браку или же, возможно, менее способны успешно сопротивляться. Например, в приходе с. Мячкова Слобода, в 14 километрах по прямой на северо-восток от Купли, уровень женского сопротивления браку среди «экономических» крестьян в самом Мячково был 11,8 %, по материалам приходской исповедной росписи 1800 г., и 14,2 % — по росписи 1815 г. (В двух других экономических деревнях из другого прихода — Ростово и Рытово — 18,9 и 7 % женщин 25 лет и старше по ревизским сказкам на 1795 г. были не замужем[329].) В двух помещичьих деревнях прихода с. Мячково Выезд и Щалипино, принадлежавших семейству Лазаревых, как свидетельствуют приходские переписи 1800 и 1815 гг., все женщины 25 лет и старше были замужем[330]. Во Флоровском приходе было множество мелких помещичьих деревенек, почти каждая из которых была раздроблена на крошечные владельческие доли (вплоть до отдельных дворов); не только собственники, но и границы прихода менялись, отмежевываясь от одних и присоединяя другие деревни. С 1800 по 1815 г. стабильность сохранялась в шести владельческих деревнях и одной части седьмой. В некоторых из этих деревень в один год было несколько взрослых незамужних женщин, в другой — ни одной, но общий процент женщин, никогда не выходивших замуж, оставался стабильным: 8,6 % в 1800 г., 8,9 % в 1815 г. В Малиново, наименее расположенной к браку помещичьей деревне, соотношение было в 1800 и 1815 гг. 19 и 21 % (а в 1779 — 18,4 %). «Экономическая» деревня Манилово в том же приходе обнаруживала почти идентичный уровень неприятия брака: 22 % в 1800 г., 21,2 % в 1815-м[331]. Возможно, среди помещичьих крестьян — так же как среди экономических и дворцовых — различие между деревнями следует прежде всего относить на счет разного отношения к браку среди самих крепостных, а не позиции вотчинных владельцев и управителей. Весь заселенный район, длиной 25 и шириной 8–12 километров, в котором был расположен приход с. Купля, являлся, по-видимому, центром женского сопротивления браку. Степень проявления разнилась от деревни к деревне, но никто из живущих там не мог находиться в значительном отдалении от места, где большое число женщин отказывались вступать в брак.