Династическая политика императора Константина Великого [litres]

Целый ряд исследователей признают за Константиной титул августы, полагая отсутствие чеканки в ее честь следствием того обстоятельства, что решение Константина не было реализовано до конца ввиду его скорой смерти[511]. Мы ограничимся осторожным предположением, что она могла на него претендовать – равно как и Ганнибалиан, официально именовавшийся «царем», претендовал на титул «царя царей». Брак Константины, для которой был намечен титул августы, с Ганнибалианом должен был очевидным образом поднять статус последнего, между тем как сам он в долгосрочной перспективе претендовал на персидский престол. Успешное завершение планируемой кампании против персов[512] должно было, по замыслу Константина Великого, в корне изменить расстановку сил в мире. Мы можем предположить, что схема 335 года была предварительным решением, не все мотивы которого ясны[513].

Предшествующая Константину политическая традиция тетрархии подразумевала обозначение наследника через провозглашение его августом[514]. Если принять распространенное мнение о привязанности Константина к тетрархиальной модели, то ему следовало назначить из числа наследников двух августов. Однако при жизни самого Константина это вряд ли было бы возможно в силу его амбициозной привычки к единоличной власти. Выше мы уже отмечали мнение Бёрджесса, полагавшего золотую чеканку в честь Константина-мл. и Констанция достаточным основанием видеть в них будущих августов. Однако резонны замечания Д. Вудса[515], полагавшего, что золотая чеканка в честь Далмация попросту могла не сохраниться ввиду предания его «проклятию памяти» после убийства летом 337 года, а большое количество золотых чеканок в честь Константина-мл. и Констанция могло свидетельствовать об их реальных заслугах, так как они были старше, во всяком случае, Константа и пребывали в ранге цезарей значительно дольше, чем он и Далмаций-мл. Так или иначе, серьезные трудности вызывает передача Далмацию-мл. главного детища Константина – Константинополя. Как бы то ни было, если предположить, что Константин намеревался возродить тетрархию, то ему следовало определить августов, что он мог сделать перед смертью, как в свое время он сам стал августом при (предполагаемом с большой долей вероятности) содействии умирающего отца, Констанция Хлора[516].