Маг и его тень [litres, с иллюстрациями]

— Сейчас ты должен оборвать Нити, держащие пентаграммы, но перед этим повернуть магические потоки вовнутрь.

— Вы хотите освободить демонов, которые привязаны к пентаграммам? — недоверчиво уточнил Рикард.

— Именно. А что первым делом совершает демон, когда обрываются держащие Нити?

— Пытается убить того, кто его вызвал, — ответил Рикард тоном человека, до которого наконец-то дошло. — Но даже если получится, это все равно опасно: потом он начнет рвать всех вокруг.

— Верно. Поэтому ты также зациклишь потоки внутри всех пентаграмм и напитаешь их моей Силой до предела. Как только движение потоков достигнет критического уровня, случится взрыв — и не останется ни демонов, ни некромантов, ни всего этого дома.

— А мы?

— А нас здесь уже не будет. — Арон холодно улыбнулся, наблюдая, как Рикард наконец приступает к работе.

— Господин, какой у вас уровень Силы? — спросил тот, закончив со второй пентаграммой. Теперь, сидя на полу, он пытался отдышаться. По лбу и вискам мальчишки катились крупные капли пота.

— Зачем тебе? — после короткой паузы откликнулся Арон.

— Вашего резерва хватает, чтобы перебороть волшбу мага. Значит, ваш уровень должен быть минимально в два раза выше. Так объяснял мой первый мастер.

— В два раза, говоришь? — повторил Арон.

Эвита упоминала седьмой уровень Волькана и восьмой Тонгила… Если бы Арон еще имел представление о том, что за данными уровнями подразумевалось. Вот Рикард мог сказать это точно, но Арон не настолько доверял ему, чтобы поделиться такой информацией. Правильнее сказать, не доверял вообще. Рикард являлся оружием, которое так и норовило выскользнуть из рук Предательским оружием, но при том необходимым.

— Знать мой уровень тебе не нужно.

Мальчишка вздохнул.

— Что еще мне не нужно знать?

Арон не ответил. Вместо того подошел к оставшейся пентаграмме и остановился в паре шагов, разглядывая. С первыми двумя Волькан ни в чем не отошел от образца, созданного некромантом. Но третья чем-то неуловимо отличалась. Очень неуловимо — понять отличие Арон так и не сумел, хотя легкое ощущение неправильности не ушло. Постоял еще, размышляя, но чувство опасности реагировало на третью пентаграмму так же, как и на предыдущие две, подсказывая, что тревожиться не стоит.