Чернобог (СИ)

Светка глянула на часы в телефоне. Да, до театра времени было вагон. И Валерий казался крайне интересной личностью.

— Хорошо, — она послушно примостилась за столик у окна. — А зачем же вы поставили заклинание на посетителей? У вас так бизнес не идёт.

— Бизнес-гавдизнес. Я сегодня не в настроении торговать и прислуживать, — отозвался через шум кофемашины Валерий. — Никого не хочется видеть, даже духов-помощников попросил сгинуть. С вами бывает такое, Света?

— Нет, — Касаткина поюлила на стуле. — У меня есть те, кому я всегда рада. Да и просто — я люблю людей.

— Везёт вам, — полуобернулся Берзарин. — Я в этом смысле куда больший засранец. Но вы ещё молоды, и ещё разочаруетесь в жизни.

— Почему вы так думаете? — улыбнулась Светка.

— Говорю вам, как Вий. В детстве я мечтал выжить. Всю юность молился о спокойной старости. Я добился Небо знает, каких высот, и всё равно спокойствие так и не пришло. Где оно? — он снова растопырил длинные руки и невпопад спросил: — Вам с молоком, без?

— А-а-э-э, без, — Светка поняла, что этому мужику хочется пооткровенничать, но ей его ворчание не досаждало. Свежесваренный элитный кофе распространил тонкий аромат на весь зал, и Касаткина приготовилась попробовать нечто волшебное.

— Окей, — Валерий разлил напиток по чашечкам и принёс им со Светкой. — Кстати, как раз оцените сорт «Gravehound». Это он.

— Вы же в развес не торгуете? — напомнила Касаткина. Вий Балясны обидчиво насупился.

— А вы язва. Прям как моя жена. Когда мы жили вместе, то часто шутили, что она рак. А я в детстве чуть не умер от рака и, когда брал её замуж, всё думал, что мне другая бы и не подошла! — он тяжко вздохнул. — Что же до кофе, то сейчас его месяц. Месяц льва.

— Август — месяц сорта «Gravehound»?

— Да, — Валерий с наслаждением отпил из чашки и погладил тонкими пальцами ободок. — Я создал его два года назад в тоске по младшему сыну. Он у меня тоже лев.

— Он далеко от вас? — догадалась Светка.

— Не то, чтобы, — скривился Валерий. — И далеко, и близко. Но у нас разлад. Со старшим всё ровно, а вот младший… Он у меня художник, вон, половина стен в его работах. Остальные — мои.

— Да вы что! Красота какая! — Светка вновь вперилась в окружающие её картины.

— Спасибо, — смущённо склонил голову Валерий. — Но я, в отличие от сына, так и остался недоучкой. Как-то, знаете, Света, всё хотел вернуться в академию, а сперва родился старший, потом я в колдовство ударился, потом вот — младший, спорт, бизнес. Жизнь затянула и я, считайте, рисую для себя. Я всего себя им посвятил, и Нико, и младшему тоже. Неблагодарному…

Он отпил кофе и покачал головой. Светка поняла, что откровение завело Вия Балясны в давно выкопанную эмоциональную могилу. И решила вытащить его оттуда.

— А вы правда колдун?

Валерий вскинул на неё почти белые глаза и лукаво улыбнулся.

— Да и, как говорят, один из сильнейших колдунов в мире. Я знаете, почему решил сегодня закрыться тут? — он склонился к Светке поближе, — звезды очень удачно встали для занятий прикладным чародейством!

— Прикладным? Это как с наукой?

— Именно, Света! Когда мне бывает грустно, я разрабатываю новые заклинания. Ну, например, создаю разных духов и пытаюсь ими управлять.

— Ого! — под впечатлением от этого чудака Светка и не заметила, как допила кофе. — И как, получается?

— Когда как, — признался Валерий. — Иногда получается, а когда и хрень выходит. Но всё лучше, чем хандрить. Хотите, покажу?

— Конечно, хочу! — Касаткина аж подпрыгнула со стула, едва не перевернув его.

— Тогда идёмте! — Берзарин тоже подскочил и поманил её к дальней двери. — Идёмте, идёмте, вам должно понравиться!

Касаткина, не предполагая ничего ужасного, доверчиво последовала за ним. Но как только Валерий приоткрыл заветную дверь, оттуда с оглушительным рёвом вырвалось нечто, издали напоминающее качурских келе, только без головы, и принялось переворачивать столы в кофейне.

— Твою мать! Гавдец! — Валерий с неожиданной прытью прямо на Светкиных глазах обернулся потоком крутящегося воздуха, сродни смерчам, и ринулся на беглеца. — Света, спрячьтесь за кофемашину! Ты, лярва безмозглая, а ну марш в домик! — услышала Касаткина его бестелесный призыв и мышью шмыгнула под стойку. Замерла, ужасаясь доносящимся из зала звукам погрома.

— Нет, гавдюк, только не в шахту! — вопил Берзарин, еле слышный через вой ветра. Но келе, по-видимому, туда и помчался. — Блин! Зашквар! Юла узнает, мне гавда.

В вентиляции зашумел убегающий дух, за стойкой все стихло. Светка осторожно выглянула — невредимый, но весьма озадаченный Валерий приглаживал растрепавшиеся волосы. Он заметил Светку и виновато улыбнулся.

— Бывает! Вы не пугайтесь, он в целом безобидный. — За окном послышался треск вырываемого из асфальта фонарного столба, визг тормозов и чья-то брань. — Я просто хочу создать заклинание, укрощающее любого духа, и приходится его испытывать на шаблонах. А шаблоны создавать самому, иначе где бы я взял столько подопытных? — Берзарин почесал нос. — Да, неприятно вышло. Но если никому не признаваться, то, можт, и с рук сойдёт?

— Вы создаёте безголовых духов? — Светка принялась помогать ему ставить разбросанную мебель. Да, ДСП-шка бы точно поломалась, а эти столы и стулья, видать, пережили многое с таким хозяином!