Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере

— И предательство налицо, — тихо, с трудом проговорил Кун. — Я хочу оповестить вас: на семь часов я назначил заседание Политкомитета, нам придется решать уйму вопросов, ваше присутствие необходимо. — Он поправил топорщившуюся на груди манишку. — В данный момент наши дела не так хороши, чтобы нам еще больше осложнять ситуацию. Теперь все зависит от одного обстоятельства. — Кун положил руки на стол, вздохнул. — Я должен сообщить вам потрясающий факт. Полчаса назад Бём[27], якобы уехавший по неотложным делам в провинцию, передал мне через товарища Кунфи, что он как главнокомандующий армией считает положение на фронте безнадежным и стоит за немедленную капитуляцию. Он уже приказал прекратить военные действия.

— Как это приказал прекратить? — оторопел Санто.

— И даже ни с кем не посоветовался? — возмутился Ландлер.

— Просто уведомляет?

— Это лишь доказывает, что Революционный совет уже ни во что не ставят, — ответил Бела Кун.

— Ни во что не ставят? — повторил Ландлер, поднимаясь с кресла.

Когда он встал во весь свой огромный рост, Куну и Санто показалось, что его устами сам пролетариат выразил свое возмущение. Оба они тоже поднялись с мест.

— Если командующий армией распоряжается единолично, — Ландлер нервно поправил очки, — то мы, наркомы внутренних, иностранных и военных дел, можем втроем принять меры против этого. А дальнейшее пусть решает Политкомитет или Революционный совет.

— Мы непременно обратимся к рабочим. Власть принадлежит им! — стукнув кулаком по столу, воскликнул Кун.

— Нельзя медлить ни минуты, — хриплым голосом заговорил Санто. — Если прекращены военные действия, враг может беспрепятственно наступать. При таком приказе разложение начнется и в боеспособных частях, их охватит паника. Из боязни попасть в плен все станут рваться домой. Бегущие с фронта солдаты увлекут за собой остальных. Посеют малодушие. Начнутся грабежи, насилия.

— Учтите, все наши железнодорожные линии проходят, через столицу, — заметил Ландлер. — Кто едет домой в Задунайский край, на юг или на север, должен проехать через Будапешт. Следовательно, не пройдет и нескольких часов, как столицей завладеет паника.

— Надо помешать этому во что бы то ни стало, — решительно отрезал Бела Кун. — Товарищи, распорядитесь, пожалуйста, по линии своих наркоматов. Политическую сторону я беру на себя. Напрасно думают, что я никуда не гожусь, раз на меня напал приступ заработанной на войне болезни. — Он устало сел за письменный стол и с жадным любопытством спросил: — Что же вы предпримете?

Санто, успевший снять с вешалки и надеть ремень с кобурой, перечислил военные приказы, которые собирался немедленно отдать. Получив одобрение Куна, он надел фуражку и поспешно ушел.

Тем временем Ландлер позвонил по телефону Корвину и поручил ему в течение часа разыскать самых надежных ответственных работников наркомата внутренних дел, — в шесть вечера он проведет с ними совещание в здании парламента. Ландлер просил также передать кое-кому из руководителей профсоюза железнодорожников, чтобы они предварительно выяснили, не отдало ли сегодня МАВ каких-либо распоряжений по поводу транспортировки с фронта солдат и военного снаряжения.