Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е
- Автор: Дюллен Сабин
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1073-6
- Переводчик: Э. Кустова
- Жанр: История
Электронная книга - «Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е». Краткое содержание книги:
Сабин Дюллен — историк, доктор наук, профессор кафедры современной истории России и Восточной Европы в Институте политических исследований, специалист по международным отношениям и истории Советского Союза.
Эти меры контроля, однако, не имели реальных последствий в начале 1920-х годов, ведь новая экономическая политика дала возможность иностранным компаниям на определенных условиях вести экономическую деятельность на советской территории, что привело, в частности, к возникновению норвежских концессий, занимавшихся добычей тюленей в Белом море[337].
Несмотря на принятые меры предосторожности регулярная навигация финских судов по Неве создавала трудности для местных пограничников. Военные также считали, что подобные соглашения угрожают безопасности Петрограда/Ленинграда.
При этом охрана границы оставалась еще очень слабой. Пограничная служба была по-настоящему создана только в 1923–1924 годах, а сотрудники таможни были крайне плохо вооружены. Четыре таможенных участка, расположенных на Карельском перешейке, насчитывали всего 70 сотрудников, половина которых служила на главной таможне в Белоострове. 200 верст границы проходили здесь по таким глухим лесам, болотам, рекам и озерам, что дорогу через них могли найти только местные крестьяне. При этом таможенники не имели ни лошадей, ни велосипедов, ни лодок, ни лыж, что обрекало их на неподвижность. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в их отчетах за период с января 1922 по март 1923 года фигурирует всего 34 случая перехвата контрабанды[338]. Следует также заметить, что, движимые стремлением заработать, многие таможенники закрывали глаза на деятельность контрабандистов. В начале 1920-х годов персонал таможни оставался еще почти тем же, что в царскую эпоху. Так, на новой советско-польской границе можно было встретить много сотрудников, до революции служивших на границе с Пруссией, проходившей к западу от Варшавы. Сохранив контакты в областях, отошедших к Польше, они продолжали использовать их с выгодой для себя. Когда весной 1923 года на таможню в Шепетовке приехала комиссия Рабкрина, велико было изумление ее членов, когда они узнали, что в соседних деревнях все сады вдоль границы арендуются советскими таможенниками![339]
На практике значительная часть трансграничной деятельности ускользала из-под контроля государства в лице таможни, милиции, армии и пограничной охраны. Это пространство еще не было перестроено так, чтобы удовлетворить советские политические и идеологические требования. Тем не менее уже в эти годы существовало полицейское видение, которое навязывалось советским дипломатам, смотревшим на вещи совсем иначе. Это видение исходило из представления о границе как о «контактной поверхности» между Страной Советов и капиталистическим миром, выступавшим одновременно в роли объекта влияния и источника опасности. Чтобы сократить эту поверхность, следовало прежде всего свести к минимуму совместное использование пограничных территорий.
Другой возможный способ добиться этого результата носил институционально-территориальный характер. Речь шла о том, чтобы создать изнутри широкую и плотную границу.
Институционализация внутренней широкой границы
В момент создания Советского Союза стремление обеспечить защиту территории привело также к формированию внутренней пограничной полосы. Как возникла идея создания этой зоны, над которой весной 1923 года работала комиссия Политбюро в составе Уншлихта, Молотова, Литвинова и Радека? В первом разделе новой Конституции образование Союза Советских Социалистических Республик объяснялось необходимостью создания «единого фронта перед лицом капиталистического окружения». Июльское постановление о создании пограничной полосы и «Положение об охране границ» могут рассматриваться в качестве шагов, направленных на обеспечение защиты «единой социалистической семьи» путем создания территориального контура безопасности[340]. Эту концепцию изложил Moлотов на заседании Политбюро 18 сентября 1923 года[341].
337
ДВП СССР. Т. 8. С. 719; Советско-норвежские отношения, 1917–1955 / Под ред. А. О. Чубарьяна, О. Ристе и др. М.: ИВИ РАН, 1997.
338
Доклад от 28 марта 1923 г. // ЛОГАВ. Ф. 3438. Оп. 1. Д. 1. Л. 8.
339
Информация о таможне в Шепетовке, отчет польской комиссии ЦК РКП(б) // РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 112. Д. 475.
340
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 339. Л. 2; ГАРФ. Ф. 3316. Оп. 16a. Д. 22. Л. 3–12; Положение об охране границ СССР // ЦА ФСБ. Ф. 6. Оп. 1. Д. 111 (цит. по: Плеханов A. M. ВЧК – ОГПУ в годы новой экономической политики 1921–1928 гг. М.: Kучково поле, 2006. С. 111).
341
Материалы «Особой папки» Политбюро ЦК РКП(б) – ВКП(б) по вопросу советско-польских отношений 1923–1933 гг. / Под ред. И. И. Костюшко. М.: РАН, 1997. С. 5.