Электронная книга - «Умение прощать (СИ)». Краткое содержание книги:
Дхана Нанд открыл уже рот, но ответить не успел. В покои покачивающейся походкой вплыла Дурдхара.
— Не помешала? — спросила она, кинув мимолётный заинтересованный взгляд в сторону незнакомой дэви, рыдающей в комнате брата.
— Нет, — приветливо улыбнулся Дхана Нанд. — Заходи. Мы вот тут с Чандрой думаем, дать ли приют раджкумару Таксилы, пострадавшему от отцовского произвола?
— Амбхикумару? — Дурдхара заоглядывалась. — А где он?
— Здесь, — сумрачно произнесла незнакомая дэви с волосами, как у Селевка. — Это я.
Дурдхара посмотрела в глаза девушке и вдруг весело рассмеялась.
— Наверное, это розыгрыш, брат? — она с лукавой улыбкой погрозила Дхана Нанду пальчиком. — Вы все трое решили меня рассмешить?
— Мне не до смеха, — снова раздался сбоку мрачный голос дэви, имеющей по случайному стечению обстоятельств тот же оттенок глаз, что и у Дхана Нанда, а интонации голоса — как у Чандрагупты. — Ишвар Прасад изменил моё тело, а отец выгнал меня.
И далее Амбхикумар снова поведал свою душещипательную историю. Дурдхара выслушала несчастного царевича, а потом вдруг, к великому удивлению всех присутствующих в комнате, бросилась к нему на шею и крепко обняла:
— Бедная Амбхика, как же ты настрадалась, — нежно заворковала царевна. — Брат, мы её оставляем, она такая милая!
— Милая? — засомневался Дхана Нанд.
— Да! — капризно топнула ножкой Дурдхара. — Разве можно выгонять несчастную Амбхику обратно туда, где её никто не любит? Мы оставим её здесь, как она того и желает.
— Но я не Амбхика! — возопил Амбхикумар, однако ему быстро заткнули рот.
— Разве раджкумари Амбхика не желает подружиться с моей сестрой? — ласково спросил Дхана Нанд. — Если нет, тогда пусть возвращается в Таксилу.
— Я… хочу с ней подружиться, — заикаясь, пролепетал Амбхикумар, осознав всю безвыходность своего положения. — Очень!
— Тогда ступай. Теперь ты можешь с чистой совестью жить на женской половине дворца. Дурдхара проводит тебя и выдаст самое красивое сари. До встречи за вечерней трапезой, дорогая!
— Но… Но… — Амбхикумар пытался что-то промолвить, но Дурдхара подхватила его под руку и увлекла за собой, с энтузиазмом что-то шепча на ухо.
Обретшая новую жизнь Амбхика поначалу пыталась дёргаться в руках царевны, но вскоре смирилась и, тяжко вздохнув, стала внимать речам Дурдхары.
Когда они оба скрылись за дверью, Чандрагупта, проводив их взглядом, повернулся к Дхана Нанду:
— Вот это Ишвар постарался, — только и смог вымолвить он. — Хорошо, что он меня не стал лечить методом вихрей.
— Верно, — согласился Дхана Нанд. — Легко отделались. Можно сказать, избежали смертельной опасности! С другой стороны, пока Амбхикумар жил в мужском теле ему постоянно не везло. Вдруг хоть теперь удача улыбнётся?
— Ишвар нас ни разу не подводил. Надо подождать, и Амбхикумар тоже непременно обретёт счастье! — уверенно промолвил Чандрагупта.
Малаякету держал напряжённую руку на ножнах кинжала, словно готовясь при необходимости обороняться. Чандрагупта вздохнул. Мальчик всё ещё не доверяет ему, и это понятно. Трудно объяснить двенадцатилетнему подростку, что ачарья, учивший их стольким полезным вещам и постоянно говоривший о благе для других — гнусный человек, едва не сломавший жизнь своему ближайшему ученику.
Стхул, увидев друга, мгновенно припал к груди Чандрагупты, оросив её слезами.
— Как ты живёшь? Ты счастлив? Говори всё, как есть! Я ведь так скучал, — жалобно заголосил он.
Неловко улыбнувшись, Чандрагупта тоже обнял друга.
— Прости, что долго не приезжал. Да, я счастлив в Магадхе, а сейчас пришёл, чтобы попросить тебя и Малаякету позаботиться о моей названной маме, ибо сам не могу быть с ней рядом, — Чандрагупта улыбнулся Муре, у которой глаза тоже увлажнились. — Малаякету, ты, конечно, считаешь меня предателем, который отдал ачарью в руки врага и позволил его казнить, но всё куда сложнее, чем ты думаешь. Мне грустно, что ты ещё очень долго будешь думать так, ведь я не могу поведать тебе о зле, причинённом мне учителем. Ты ещё мал, чтобы твои уши могли услышать настолько мерзкую историю. Я не прошу прощать или понимать меня, но я хочу, чтобы махарани Мура могла рассчитывать на тебя как на сына. И на тебя, Стхул, — Чандра похлопал друга по плечу.
— Да разве мы бросим махарани? Конечно же, позаботимся о ней. Но скажи, друг, — Стхул всё ещё цеплялся за руку Чандры, — неужели ты никогда не вернёшься к нам?
— Нет, Стхул, прости. Я останусь с самраджем. Мне не стать царевичем Пиппаливана. Тем более, я всё равно не родной сын махарани.
— Как? — удивился Стхул, до сих пор считавший родство Муры и Чандрагупты непреложной истиной. — Ты разве не её сын?
— Нет, — честно ответила Мура. — Это был план Чанакьи, чтобы привязать нас друг к другу и заставить служить ему. Он нашёл мне нового сына, а ему, — она кивнула на Чандру, — названную мать, которой ему не хватало.
— Какой гнусный человек! — только и смог воскликнуть Стхулбхадра. — Кто бы мог подумать! А я так восхищался его умом…
— Значит, Пиппаливан отныне мой? — снова заговорила Мура. — И самрадж будет продолжать отправлять сюда средства и рабочих, помогая возвращать жизнь на мои земли?
— Всё так, — Чандра перевёл взгляд на сына Пурушоттама. — А Малаякету будет помогать тебе заботиться о родине.
— Но я хочу вернуть свою! — взволнованно закричал подросток. — Придёт день, и я верну Поурав!
— Достойная цель, — спокойно ответил Чандрагупта. — Если тебе удастся собрать армию союзников, ты вполне способен на это, когда окрепнешь духом и повзрослеешь.
— Но Магадха не станет союзником Пиппаливана в войне за Поурав? — враждебно глядя на Чандрагупту, спросил Малаякету.
— Сегодня — нет. Но что случится завтра, никому неведомо, — уклончиво ответил тот.
Резко развернувшись, Малаякету вышел, даже не попрощавшись с Чандрагуптой.
— Не сердись, — Мура приблизилась к названному сыну и положила руку ему на плечо. — Он бы понял тебя, если бы ему было возможно рассказать всё до мелочей, что ты пережил. Он просто не понимает, что творится в твоей душе. Но и его я могу понять! Он узнал правду о своём рождении и теперь жаждет мести за смерть родителей, а ты — тот, кто мог бы помочь свершить месть, но вместо этого бездействуешь.
— Месть обычно ничем хорошим не заканчивается, — продолжая глядеть вслед Малаякету, промолвил Чандрагупта. — Расскажи ему, когда он станет старше. Он не должен повторять чужие ошибки!
— Но и бороться я ему запретить не могу. Ведь Поурав — его родина, как моя родина — Пиппаливан.
— Постарайся вырастить из него достойного махараджа. У тебя получится, — и, обняв Муру, Чандрагупта покинул наполовину восстановленную крепость.
С того момента, как случился этот разговор, прошло семь лет.
Малаякету вырос и стал махараджем Пиппаливана, но не оставил мыслей о захвате Поурава, для чего периодически пытался заключить военный союз то с Аванти, то с Ассакой, но, к сожалению, безуспешно.
Дурдхара категорически отказалась выходить замуж за кого-либо из царевичей, заявив брату, что уже нашла своё счастье с Амбхикой, умелой воительницей и верной подругой. Дхана Нанд даже не пытался переубедить сестру, с одной стороны, зная о её упрямстве, а с другой — отлично понимая, что выбор сердца подчас бывает непредсказуемым.
Амбхирадж женился снова, и у него родились близнецы. Через год после рождения детей махарадж тайком от жены показал мальчиков Ишвару Прасаду, и лекарь сообщил ему, что вихри у обоих сыновей закручены куда положено, так что превращать их в дэви спустя восемнадцать лет не потребуется. Только после этих слов Амбхирадж вздохнул с облегчением и смог спокойно спать.
Царевич Панду так часто по заданию Дхана Нанда ездил в Пиппаливан по вопросам перестройки крепости, что вскоре сделал предложение махарани Муре и женился на ней. Теперь он — счастливый отец двух чудесных дочерей.