Фистула

В состав комплекта «Мемоморф+Детский» входят фрагменты:

• Путешествие в страну эльфов;

• Супербыстрые горки;

• Планета арифметики;

• Полёт на добром драконе;

• Ласковый щенок;

• Колыбельная вуютной кроватке;

• Ожившие кукольные друзья;

• Мамино молочко.

Подарите ребёнку счастливое детство!

Обо всех подробностях иусловиях предзаказа вы можете узнать у наших операторов и на странице компании «Мемория».

Убедить его, что со временем боль утихнет | что он вовсе не приговорён к повторению родительских жизней | что он вырастет талантливым и умным, поступит в университет и у него будут все шансы попасть в самую настоящую научно-исследовательскую лабораторию | он сможет с успехом заниматься своим делом и забудет, что детство вообще бывает | и даже отчаянная страсть к бросившей его сестре (пришлось бы рассказать и про её предательство) когда-нибудь пройдёт. Жаль, мальчик был всего лишь отражением и покинул меня сразу, как только театр запустил последний

|поворот зеркал|

большая мёртвая собака опять настигла меня. Такая же, как в сегодняшнем сновидении: заляпанная грязная чёрная шерсть, распахнутый гнилой живот, травянистая слепота, окровавленная пасть с пузырящейся алой слюной. Какого чёрта ей от меня понадобилось? Я отдавал себе отчёт, что любому на моём месте должно было быть страшно. Но ведь я давно уже свёл с собаками все счёты, да и после той пляски отражений, что наблюдал я в этом жестоком | интимном театре, разве могло какое-то дохлое животное произвести на меня впечатление? Я был эмоционально выхолощен, и в этом апатическом припадке даже не подумал отвернуться от поганого отражения – лишь невозмутимо смотрел в одну точку, где-то над левым ухом псины, и гадал, когда та соизволит уйти (убежала же она тогда во сне). Но большая мёртвая собака только легла на вспоротый живот, положив лапы под голову. Я ждал, ждал абсолютно спокойно, ничего не ощущая | ничего, я разве что слышал один протяжный звук, едкий, хуже царапанья по стеклу – звук, которому соответствовала ядовито-зелёная нота злости. Но эту злось испытывал не я – с чего бы мне злиться на иллюзорную, к тому же и так подохшую тварь, – это была чужая злость, её чувствовал кто-то другой. Звук не унимался, но и не усиливался. Псина всё лежала, кровавая лужица растекалась под ней. Остановки аттракциона мы дождались вдвоём. Изображение в особом зеркале начало обесцвечиваться и трепетать, мутная белизна, впрыснутая с краёв, распространилась по всей поверхности. Собака утонула в этом молоке. Без двух два.