«Если есть на свете рай…» Очерки истории Уругвая

Временная стабилизация

С закатом позиций бразильского «Banco Mauá» (он обанкротился в 1875 г.) в Уругвае резко активизировались английские банки, и их кредиты сыграли значительную роль в строительстве железных дорог и городской инфраструктуры Монтевидео и других городов в 60-е – 70-е гг.

Для Уругвая (не получившего никаких территориальных или денежных выгод от Парагвайской войны) политический результат состоял в том, что в послевоенное время был установлен баланс сил между Аргентиной и Бразилией – «гарантами» независимости Уругвая. Власти после войны, пользуясь поддержкой Англии, смогли, наконец, договориться о невмешательстве соседей во внутреннюю политику страны. Таким образом, уругвайцы могли приступить к решению своих внутренних проблем, главному условию консолидации в качестве независимой нации.

Немалую роль сыграло также обострившееся соперничество между Англий, США, Германией, другими европейскими странами за свою долю латиноамериканского «пирога». В этих условиях уругвайцы могли (пусть и в ограниченных масштабах) играть на межимпериалистических противоречиях.

Политическая власть почти на 100 лет (до 1958 г.) сосредоточилась в руках партии Колорадо[230]. Упрочение политических позиций либералов во многом было связано с улучшением экономической конъюнктуры в 60-е годы XIX в. Резко возрос приток иммигрантов, в основном из Испании и Италии. Бразильцы и британцы также потянулись в Уругвай и приобрели сотни «эстансий» (земельных наделов) и ранчо. Пропорция иммигрантов в населении Уругвая возросла с 48 % в 1860 г. до 68 % в 1868 г. Приехало много басков из Испании и французов. В 70-е годы еще около 100 тыс. европейцев обосновались в стране. К 1879 г. общая численность населения Уругвая составляла 438 тыс. человек.

Монтевидео, где проживало около четверти населения, вырос и улучшился по качеству жизни. В 1853 г. было введено снабжение газом, в 1860 г. – канализация, в 1866 г. – телеграф, в 1869 г. начали строиться железные дороги, которые связали город с провинциями, а в 1871 г. появился водопровод. Столица, благодаря своему порту, стала перевалочным центром для огромных товарных потоков, идущих из Аргентины, Бразилии и Парагвая в Англию и другие европейские страны, а также в США[231]. Этот период также ознаменовался прокладкой англичанами подводного трансатлантического телеграфного кабеля, обеспечившего коммуникационную связь Уругвая с Европой, резким ростом числа пароходов, курсирующих между континентами.