Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]
- Автор: Блейк Сара
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Синдбад
- ISBN: 978-5-00131-351-9
- Переводчик: Юрий Яковлевич Гольдберг
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]». Краткое содержание книги:
1935 год. Китти и Огден Милтон на вершине счастья – они молоды, красивы, любят друг друга, у них прекрасные дети… Но идиллию разрушает трагедия – в результате нелепой случайности пятилетний сын выпадает из окна их квартиры на четырнадцатом этаже.
Пытаясь как-то отвлечь Китти, Огден покупает остров Крокетт-Айленд с большим красивым домом на нем. Здесь все дышит покоем и безмятежностью. Этот дом станет родовым гнездом Милтонов. В нем вырастут их дети, а затем и внуки…
В начале нынешнего века финансовое положение уже не позволяет третьему поколению семьи владеть островом и домом. Начинаются разговоры о продаже. Эви Милтон отправляется на остров, чтобы попрощаться с домом, в котором провела так много счастливых дней. Ее случайная находка приведет к крушению мифа о безукоризненных Милтонах, столпах американского общества.
Лен еще не вернулся, а все окна были распахнуты настежь, чтобы поймать ветерок с реки. Квартира состояла из маленькой кухни, гостиной и отдельной спальни, где друзья поставили две кровати у противоположных стен.
Редж достал из кармана поляроидный снимок из «Белой лошади» и прикрепил булавкой к стене комнаты рядом с остальными. Потом снял куртку, закатал рукава рубашки, достал из холодильника бутылку пива и прижал ко лбу. Потом медленно провел ей по шее сзади, по предплечьям, откупорил и сделал глоток. И пошел в спальню, чтобы сменить рубашку и галстук.
У нижней части зеркала на его туалетном столике стояло ежегодное письмо от Лоуэллов. Он взял конверт и сел на кровать, снял один ботинок, потом другой и отбросил их, так что они пролетели пять футов к кровати Лена, ударились о нее и упали рядом.
Не споткнуться о них было невозможно. Редж ухмыльнулся, довольный собой.
Он расстегнул рубашку и распечатал письмо. Знакомая открытка с аккуратным почерком миссис Гарольд Лоуэлл, с легким наклоном вправо. В очередной раз – как и каждый год начиная с 1953-го – она приглашала Реджа приехать к ним в гости на Норт-Хейвен. «Мы будем очень рады, – писала она, – если вы примете приглашение».
Редж снял рубашку, открыл дверцу платяного шкафа, и это движение запустило по комнате слабый ветерок. Лоуэллы проявили к нему интерес много лет назад, когда он в 1949 году впервые приехал в Гарвард. Миссис Лоуэлл наткнулась на него, жавшегося к стене, на коктейльной вечеринке в Лоуэлл-Хаус в честь начала семестра, протянула руку и представилась как Салли Лоуэлл.
– Редж Полинг, – сказал он, пожимая ей руку.
– Хорошо. – Она смотрела ему прямо в глаза. – У вас хорошее, крепкое рукопожатие. С вами все будет хорошо.
– Приятно слышать, – кивнул он и натянуто улыбнулся.
Дневная жара все еще мерцала над черным гудроном, когда он выбрался с лестницы на крышу. Лен стоял в дальнем конце и смотрел на юг, на оконечность Манхэттена. Его высокая фигура всегда служила Реджу своего рода ориентиром: где бы они ни были, Лен был выше остальных, и в любой комнате его можно было найти без труда.
– Здесь настоящая Сахара, черт бы ее побрал.
– Привет. – Лен повернулся, приветствуя друга. Редж остановился у края крыши.
Перед ними вилась серебристая лента реки. Наступило время ужина, и из открытых окон до них доносилось звяканье столовых приборов. Ветра почти не было, лишь легкий намек. Город под ними дышал светом и жаром, непрерывный гул от него поднимался к ним наверх, словно биение сердца, где-то погребенного и невидимого. Небо прорезал одинокий след реактивного самолета.
– Все нормально? – просил Лен после недолгой паузы.
Редж кивнул.
– А у тебя?
– Я тут размышлял о том, какое это нежное место, – Лен указал на подбородок друга. – У девушек. Нежное и одновременно твердое.
– О господи.
Лен улыбнулся:
– Сегодня я встретил девушку.
– Ага. – Редж внимательно посмотрел на него. – И как она выглядела?
– Девушка в блузке без рукавов, с большой сумкой и сестрой.
– И?
– Она посмотрела на меня.
Редж усмехнулся:
– Ты попался, парень.
– Да? – Лен улыбнулся и щелчком пальца отправил сигарету вниз. – Возможно.
Глава четырнадцатая
Эви припарковала машину за три квартала от своей квартиры и пешком пошла домой. Пол, наверное, уже приземлился и прошел паспортный контроль. Если не случилось никакой задержки, он должен быть дома.
На первом курсе университета под влиянием феминистских идей конца 70-х Эви решила взять девичью фамилию матери, Милтон, несмотря на возражения и матери, и бабушки. «Ты очень обидишь своего отца», – сказала Китти Милтон. «Он не будет возражать», – настаивала Эви. И действительно, услышав наконец эту новость, он посмотрел на нее странным взглядом, в котором при желании можно было прочесть одобрение, словно выбирать себе фамилию – это вполне нормально. В любом случае ее решение никак не было связано с отцом. Это был удар по патриархату: она будет Эвелин Милтон, и точка. Она и предположить не могла, что ее фамилия будет вызывать иронические комментарии однокурсников и профессоров в первый день занятий по каждому предмету в университете и аспирантуре, за исключением семинаров по афроамериканской поэзии под руководством аспиранта Пола Шлезингера – человека, в которого она влюбилась (то ли за его молчание, то ли за пристальный взгляд, а может, и за то и за другое) – и за которого вышла замуж.