![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
— Ни за что.
— Так только дежурные в тюрьме говорят. Восемьдесят
семь и все ни за что. Ну и скрывай! Можешь другим расска
зывать. — Рита надула губы.
— За бандитизм, — сухо пояснил Андрей.
— Ты бандит?! — с ужасом спросила Рита, отодвигаясь
от Андрея. Глаза девушки расширились, подбородок дрогнул,
вот-вот расплачется или закричит. — Я пойду... Меня главврач
звал.
— Никакой я не бандит! — возразил Андрей, поняв, что
Рита с минуты на минуту может уйти. — Посадили за банди
тизм, а бандитом я в жизни не был.
— Разве ж так бывает? — неуверенно спросила Рита.
— Бывает — не бывает... А тебя за что судили?
— Ну, так получилось...
— Расскажи, а потом я.
— Y меня мамы не было, а папу и брата убили на фронте.
Я жила с тетей Машей. Она заболела, ухаживать надо, а боль
ничный не дали. Сын директора завода, где я работала, пообе
щал, что даст мне больничный и лекарство для тети. Я пове
рила, а он обманул меня. Продукты принес, а больничный у
отца не попросил.
— Ты с ним встречалась? — голос Андрея дрогнул, глаза
потемнели.
— Один раз, — призналась Рита.
— С ним можно... Он сын директора...
— И не потому, — гневно выкрикнула Рита, сверкнув гла
зами.
— А почему же?
— Он на вечеринку меня пригласил. Обещал лекарство
дать.
— А ты долго с ним сидела на вечеринке?
— Я раньше не пила никогда. Он меня напоил и спать по
ложил. — Рита зарделась.
124
— А тетя? — Рита поняла, что Андрей не хочет слышать
грязных деталей той ночи.
— Тетя умерла, позже, когда я в тюрьме была.
— Тебя за прогул посадили?
— Я пришла к директору и попросила его, чтоб он поло
жил тетю Машу в больницу. Директор разозлился, махнул ру
кой и нечаянно уронил бюст Сталина. Бюст разбился, а ди
ректор сказал на меня. Мне дали десять лет.
— А прогул?
— На суде про него вспоминали, а в приговоре ни слова
не написали.
— Сталина разбил директор, а посадили тебя. А ты гово
ришь, что не могут посадить за бандитизм не бандита.
— Так это Сталин, а то бандитизм.
— А какая разница — не сделаешь, а посадят.
— И тебя так же, как и меня?
— Не так, но похоже. Я из госпиталя домой ехал. После
ранения откомиссовали меня. На станции Воронцово-Городи-ще поезд стоял целый день: путь впереди разбомбили. Один
парень пригласил меня выпить. Выпил я с ним и уснул. А тут
облава. Взяли меня и обвинили в бандитизме. Милиционеры
одного вора ловили, не могли поймать. А меня вместо него хо
тели посадить. Сперва на станцию Шевченко отвезли, а потом
в Киевскую тюрьму.
— Почему ж ты подумал, что всех подкупить можно?
— Я не досказал тебе. В Лукьяновке из одиночки меня
перевели в общую камеру, к политическим, мест не было у
бытовиков. Там сидели человек семьдесят политических и пять
воров в законе. Одного вора звали Володя Петровский. Он по
дружился с Синяевым.
— Просто так подружился?
— Синяев получал богатые передачи.
— Воры могли отнять у него.
— Не отнимали. Он вместе с ними ел, спал и сочинял песни
про Володю Петровского.
— Песни? — не поверила Рита.
— Еще и какие! Синяев раньше где-то в газете работал.
Почти каждый день новую песню выдумывал. Я один стишок
запомнил. Хочешь расскажу?
125
— Расскажи, — согласилась Рита.
— «Пропоем песню новую на хороший мотив, про бандита
Петровского, про его коллектив». Петровскому очень нравил
ся этот стишок. Он выстраивал всю камеру и заставлял нас
петь, утром, в обед и вечером. Кто не пел — сапогом по голо
ве. На воров жаловались...
— Открыто? — удивилась Рита.
— Тайком записки в коридор подбрасывали. Потом вся