![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
— Игорь Николаевич! Что вы говорите?!
— Успокойтесь, Любовь Антоновна! Я его только задушу
и больше ничего ему не сделаю. Будьте свидетелями, что я
выиграю спор. — Игорь Николаевич протянул свои сильные
руки к кадыку Горячего.
— Докторша! Спасите меня! Он чумовой! Удавит! — ис
пуганно выл Горячий.
— И удавлю! Вот так! — Игорь Николаевич положил
большой палец на адамово яблоко Горячего.
— Спасите! Не буду! — плакал Горячий.
— Отпустите его! Не безумствуйте! — потребовала Любовь
Антоновна, схватив Игоря Николаевича за руки.
— Я пари хочу выиграть. Тысяча рублей — деньги!
— Отпустите его ради Бога. Илья! Помогите мне!
— Пусть душит! Заслужил.
— Умоляю вас, Игорь Николаевич!
— Ладно, дам ему передохнуть... минут десять... А потом
придушу. Или лучше тебя повесить, Горячий? Вниз головой.
А? Как твое просвещенное мнение? — голос Игоря Николаеви
ча звучал негромко, но с такой недоброй силой, что Любовь
Антоновне стало страшно.
— Опомнитесь! Опомнитесь! — прошептала она.
— Игорек... Докторша! Родные мои... Забожусь! Не трону
никого! — визжал Горячий, захлебываясь слезами и тороп
ливо глотая сопли.
— Какая тебе вера? — сухо усмехнулся Игорь Николаевич.
116
— Вор свое слово держит!
— Ты мне не заливай, Горячий! Вор слово держит, если
он его ворам дал. Фраеров в любую минуту надует. Не так, ска
жешь? — Горячий молчал. — И воров не обманывает, потому
что самосуда боится. А ты не вор, а сука.
— Ты все допер, Игорь. Воровские законы понял. Не буду
божиться. Выпустишь — ни одного контрика не трону.
— Ты теперь так говоришь. В зоне забудешь.
— Завтра же на этап отправляй. В штрафную, к сукам!
— «И щуку бросили в реку», — вполголоса процитировал
Игорь Николаевич.
— Не Щука я, Горячий!
— Я говорю, что не защучат тебя суки. К ворам бы тебя
надо!
— Куда хочешь, только отпусти!
— Простите его, Игорь Николаевич, — попросила Любовь
Антоновна.
— Разве что ради вас... Я отпущу тебя, Горячий. Но передай
сукам, что зашебутятся в больнице — лепило всех сук отра
вит. Да-да! Отравлю! Дам по укольчику каждому — и хватит.
Кого не успею — к ворам брошу. Что смотришь на меня? Ду
маешь: скажу сукам, сделают Игоря — и гуляй вволю. Меня-то вы может и сделаете, да я вперед троих-четверых уложу.
Ты думаешь, все контрики Сидоры Поликарповичи? Вы их
поленом, а они вас красивыми словами. Ядом я с вами побе
седую! Ножом! Сделаете меня, тут еще пяток фраеров най
дется, потравят вас. На развод не оставят! Я обучил их этому!
Я дело говорю, не пугаю. Понял?
— Понял, — испуганно всхлипнул Горячий.
— Веришь мне?
— Верю! На десять кусков забожусь, что верю. Чтоб мне
век свободы не видать, верю.
— Давай руки. Крепко связали. Выпуливайся — и завтра на
этап. — Горячий встал на ноги, вытер рукавом мокрые щеки,
шмыгнул носом и пошатываясь вышел в коридор.
— Ушел, — облегченно вздохнул Игорь Николаевич. —
Простите, Любовь Антоновна, за эту маленькую комедию. Иначе
было нельзя.
— Так вы..
117
— Не думали его убивать? Так вы, кажется, хотели спро
сить?
— Не совсем, но... — смутилась Любовь Антоновна.
— Вы почти угадали. Я бы не прочь его убить.
— Игорь Николаевич!
— Я рассказывал вам, что творят эти мерзавцы. Руки че
шутся. Готов травить их всех. Как чумных крыс! Как саранчу!
Крысы тоже не виноваты, но их травят. Чуть не убили Тимо
фея Егоровича. А вы знаете, что ждало Риту в вензоне? Спро
сите Клаву, она вам лучше меня расскажет.
— Вы ожесточились, Игорь Николаевич.
— Я человек и ничто человеческое... Y меня нет всепро
щения.
— Неужели бы вы убили Горячего?