![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
Y работяг все отнимают, а дежурники с ними вместе. На кого
Падло, на того и начальство. Меня арестовали ни за что, а
судья осудил. Пожаловался городскому судье, а тот пишет:
«Для отмены приговора оснований нет». Сами себя защищают,
как падловцы. Ты говоришь — страшно убить их. А жить,
как мы живем, — не страшно?
— В больнице хорошо, — слабо возразила Рита.
— Пока Игорь тут и Любовь Антоновна. Были бы другие
врачи, меня б тогда убили, а тебя в вензоне... — Андрей осекся.
— Забудь, Андрюша об этом. Не все люди такие.
— Что я, на всех говорю? Хороших людей больше, чем
плохих. При немцах меня хозяйки кормили, вшей выпаривали,
от полицейских прятали, когда я из концлагеря бежал. Если б
не они, не выжил бы я. А зачем живу? Наши пришли — радо
вался. Y меня вся спина гнила, а я на фронт просился. А потом?
Шевченко, Днепропетровск, сорок первая, падловцы... Ну, пад
ловцы — суки, их даже воры презирают. Я б ни на кого не стал
обижаться, кроме как на них. Не сладил с ними, избили и
ладно. А утром начальник сорок первой ногами меня пинал,
почти мертвого. Мне Монахов рассказывал. Тут никто не видит,
как они нас бьют. А шевченковского следователя тоже никто
не видел? А судью моего? Собаку не бьют, если она не виновата.
Пес убежит от такого хозяина. А мне и убежать некуда. Ты
думаешь, они не знали, когда тебя судили, что ты не виновата?
— Знали, — прошептала Рита, и слезинка тихо сползла по
лицу, оставляя на щеке влажный след.
— Не плачь, Рита. Прости меня, — Андрей кончиком паль
ца здоровой руки робко прикоснулся к худенькому плечу де
вушки.
Андрюша ласковый... Красивый... Добрый... Он за Шигидина
заступился. Если бы встретились мы с ним раньше... Y него,
наверно, девушка есть... Спросить? Стыдно... Я так хитро спро
шу, что он и не догадается...
— Ты скоро на волю выйдешь. Два с половиной года оста132
лось. А мне еще сидеть и сидеть... — грустно заговорила Рита,
не осмеливаясь высказать свою самую тайную мысль.
— Вот бы нам вместе освободиться. Мы бы с тобой... —
Андрей смущенно закашлялся и отвернулся.
— Тебя ждут, Андрюша. Мама... девушка...
— Y меня нет девушки, — признался Андрей.
— И не было? — со страхом и надеждой спросила Рита.
— Была.
— А где ж е она? — глаза Риты потухли, голос прозвучал
подавленно. — Разлюбил ты ее?
— Мы и не встречались по-настоящему, — хмуро ответил
Андрей.
— А понарошку разве встречаются?
— Мы с ней рядышком жили. Вместе по очередям стояли.
Потом война. Меня во время бомбежки ранило. Я от поезда
отстал, а она уехала с родными. Я при немцах два года жил.
Не знал, где она, что с ней. Встретился в шевченковской мили
ции. Ее сняли с поезда, за то, что документы у неё украли.
Она уже тогда туберкулезом болела.
— Ее тоже посадили?
— Выгнали. Домой поехала.
— Так она ждет тебя?
— Не ждет, Рита... Уже не ждет.
— И неправда. Я бы... ждала.
— Умерла она.
— Кто тебе сказал?
— В тюрьме пацан с нашей улицы. Он сам видел, как
Женю хоронили. — Андрей замолчал. Рита сидела понурая и
притихшая. Она понимала, как тяжело Андрею вспоминать
подругу. А в глубине души копошилось чувство, похожее на
нечистую радость. Если бы она могла высказать непонятное
ей чувство словами, то она бы сказала примерно так: «Плохо,
что Андрей один, жалко. Но его никто не ждет. Может быть
я...»
— Ты любишь звезды?
— Люблю, Рита. Я помню, один раз весной ночевал в виш
невом саду.
— Давно?
133
— Мальчишкой. Звезды такие болыиие-болыиие. Небо чи
стое. И вишни цветут, белые, как снег. А запах такой нежный,
как мамины глаза, когда она не сердится.
— Почему звезды мерцают? Смотришь, и кажется — вот-вот заговорят они. Хорошо бы улететь на звезду.