Повесть об Андаманах
- Автор: Сингх Икбал
- Год: 1984
- Язык: русский
- Переводчик: В. Д. Бабакаев
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Повесть об Андаманах». Краткое содержание книги:
Условия жизни в Порт-Блэре все ухудшались. Не было ни тканей, ни риса, ни рыбы, ни сахара. Японские деньги совершенно обесценились, и стоимость одной домотканой рубашки из грубого полотна достигла 150 рупий.
Какое положение занимали Логанатхан и его люди, видно из книги Суба Сингха. Он писал, что прямо напротив их резиденции в окнах казарм были установлены подзорные трубы. Таким образом фиксировались имена всех, кто к ним приходил.
Логанатхану удалось совершить поездку в Сингапур и доложить Нетаджи об истинном положении дел на Андаманских островах, о судьбе Диван Сингха и других людей (около 90 арестованных были расстреляны в ноябре недалеко от Хомфрейганджа), а также о поведении представителей японских властей. Кроме личного доклада Логанатхана его коллеги регулярно направляли Нетаджи свои подробные отчеты. Поэтому нет оснований считать, что Бос не знал о том, как японское правительство обращается с представителями Временного правительства Индии на территориях, оккупированных Японией. Политически наиболее важной из всех была территория Андаманских и Никобарских островов, поскольку предполагалось, что она была официально передана Босу и его правительству.
Однако 6 июля 1944 года Субхас Чандра Бос, обращаясь к Махатме Ганди, в передаче «Радио Рангуна» заявил, что одно время люди говорили, будто у Японии корыстные намерения в отношении Индии. Если это так, то зачем тогда Япония передала Андаманские и Никобарские острова Временному правительству свободной Индии и почему там находится индийский Главный комиссар Андаманских и Никобарских островов с резиденцией в Порт-Блэре?
О каком Главном комиссаре шла речь? Какой самообман! Единственное упоминание о Временном — правительстве свободной Индии, возглавляемом Субхас Чандра Босом, в документах об истории японской оккупации Андаманских островов звучало так: «Подполковник Логанатхан с четырьмя офицерами Временного правительства свободной Индии прибыли на остров в феврале 1944 года и открыли свое представительство. Однако в. июле 1945 года был получен приказ об эвакуации, и соответственно все его сотрудники в начале августа 1945 года покинули этот остров».
Ни слова о назначении Логанатхана Главным комиссаром островов или о его работе в этой должности, ни о его функциях, ни об их осуществлении! Остается только гадать, насколько сам Субхас Чандра Бос верил во все это.
Возможно, в этом контексте представляет некоторый интерес оценка Субхас Чандра Боса, которую дал ему чиновник индийской государственной службы Филипп Мэсон, много лет проживший в Индии (во время раздела субконтинента Ф. Мэсон был заместителем министра обороны правительства Индии). В книге «Дело чести» он рассказал об «Индийской национальной армии», ее офицерах и солдатах. Ф. Мэсон писал, что Субхас Чандра Бос отличался необычайным энтузиазмом. Он верил в то, во что хотел верить, и в этом отношении был весьма наивен, если не сказать доверчив. Однако он был искренен. Конечно, он был заносчивым, самонадеянным, самоуверенным, совершенно лишенным чувства юмора. Он все видел в черно-белом цвете, признавал только две оценки: «хорошо» или «плохо», «добро» или «зло».
Однако он был прекрасным оратором.
Вернемся к вопросу о «шпионаже», ставшем причиной ужасных пыток, которым подвергли жителей Порт-Блэра, и в первую очередь Диван Сингха. Руководителем операции по проникновению на Андаманские острова для сбора разведывательных данных был Дэнис Маккарти, офицер индийской полиции, который служил на Андаманах до японского вторжения и перед самой эвакуацией с островов достиг определенной договоренности со старостой деревушки Ферраргандж, являющейся пригородом Порт-Блэра. В октябре 1942 года он служил в Соединенных провинциях (ныне штат Уттар-Прадеш). Однажды он получил телеграмму от Боба Скотта, бывшего в то время помощником комиссара на острове Кар-Никобар. Скотт хотел встретиться с Маккарти, чтобы спросить его, не согласится ли он отправиться на Андаманские острова, чтобы оценить условия, создавшиеся там при японской оккупации. Маккарти с готовностью согласился. Он был назначен офицером сикхского полка и отобрал пять человек, которым предстояло его сопровождать: сержанта-англичанина Диккенса, радиста-телеграфиста; двух бывших военных полицейских, ранее служивших на Андаманах, а затем в армии, — Хабиб Шаха и Гьян Сингха, а также двух кули из Ранчи, ранее работавших на Андаманах, — Джозефа Бакла и его двоюродного брата Питера.
После нескольких недель усиленных тренировок Маккарти и его группа отправились в крайне рискованную экспедицию.
18 января 1943 года разведывательная группа высадилась с голландской подводной лодки на западном побережье острова Средний Андаман, в 4 милях от Флэт-Айленда и в 70 милях от Порт-Блэра. После недельной подготовки Маккарти в сопровождении Хабиб Шаха и Джозефа отправились на байдарках в Порт-Блэр. Они пробыли в пути больше недели — сначала плыли по протокам, затем пробирались через джунгли, труднопроходимые горы и колючие заросли. Их мучили насекомые и пиявки. Наконец они вышли на дорогу, которую Маккарти узнал на плане. Это была дорога, проходящая в полумиле от Феррарганджа.
Они разбили в джунглях лагерь и, оставив Джозефа готовить еду, отправились к дому старосты. Тот был очень удивлен появлением этих людей. Он сказал, что давно уже забыл, о чем с ним договаривались до японской оккупации, но все же группу принял. Староста рассказал Маккарти об условиях, создавшихся на Андаманах, о жестокости японцев и о том, как они терроризируют жителей острова. Он добавил, что японцы публично казнили бедного Бэрда, помощника Главного комиссара, чтобы запугать население. Потом начались казни без суда и следствия, жестокие нападения на жителей и насилия над женщинами.
Во время беседы Маккарти и Хабиб Шаха со старостой к последнему пришли японец и кто-то из местных жителей и потребовали список всех жителей деревни. Пока тот его составлял, Маккарти и Хабиб Шах находились в безопасности — они спрятались в соломе, хранившейся во дворе дома.
Наконец японец и его спутник ушли, староста вернулся, и они договорились о том, что он устроит им встречу в джунглях с двоюродным братом Хабиб Шаха, Вилаят Шахом, работавшим в Ферраргандже. Когда разведчики, выйдя из дома старосты, оказались на дороге, то в лунном свете увидели двух японских солдат, стоявших ярдах в десяти от дома старосты. Разведчики резко повернулись и пошли по дороге в другую сторону. Видимо, японцы приняли их за тех, кто проводил перепись населения, или просто не обратили на них внимания. Разведчики скрылись в джунглях.
После этой встречи с японцами Маккарти и его товарищи стали проявлять осторожность. Они опасались, не вызвали ли каких-либо подозрений. Однако староста пришел в назначенное время и передал им подробную информацию, а также привет от Вилаят Шаха. Они договорились о «почтовом ящике» и снова ушли в джунгли. Разведчики собирались через неделю вернуться, но старосте о своем решении ничего не сказали. С Вилаят Шахом они так и не встретились, так как тот работал в одной комнате с японцем. Связь осуществлялась через старосту, а «почтовым ящиком» служило углубление под приметным деревом.
И тут произошла настоящая трагедия. Когда разведчики возвращались после встречи со старостой, они шли другим путем. Поэтому им пришлось преодолевать реки. К несчастью, Хабиб Шах не умел плавать, и специально для него соорудили плот. Взбираясь на крутой берег, Хабиб Шах случайно поскользнулся и ударил прикладом автомата о землю. Раздался выстрел, и пуля прошила его насквозь. Он умер почти мгновенно, С помощью котелка вырыли могилу, а поверх нее положили большие камни, чтобы ничто не могло нарушить его покой.
По прибытии в лагерь они передали в центр о случившемся. Однажды они увидели три самолета типа «Летающая крепость». Разведчикам даже показалось, что бомбили цели, которые они указали в своих донесениях. Отбомбив, самолеты улетели целыми и невредимыми.