Мусор

– Ну, как живёшь? Семья, дети? – начался учительский допрос.

– Нет.

– Нет? – она вдруг удивлённо заморгала. – А девушка?

– Тоже нет.

– Ох… Погоди, а сколько тебе сейчас? Тридцать ведь должно уже быть?

– Да, тридцать ровно.

Татьяне Леонидовне это показалось горестным и она сочувственно наклонила голову, желая его утешить.

– Ну, ничего. Это мы в тридцать были уже старыми, а сейчас, кого ни спроси, живут для себя, как подростки. Даже закон издали – вы пока ещё молодежь, – и она ободряюще улыбнулась. – Не знаю, насколько правильно, но что делать, если всё вот так?

Было приятно, что она общалась до него с другими тридцатилетними и могла быть рассудительной. И всё же начинало настораживать: «Что у них у всех тут за больной вопрос?». В Москве это никого не интересовало и точно не удивляло. «Я как будто девушка на выданье. Засиделся “в девках”».

– Я как-то и не стремлюсь, – заметил он, тут же возмутившись про себя, зачем оправдывается.

– Ну да, ну да. Теперь порядки другие, я ж и говорю. Моя дочь тоже… Тринадцать лет ведь прожили, и тут…

В горле у неё что-то будто треснуло, голос прервался, она с шумом вздохнула и, приподняв очки, промокнула глаза невесть откуда появившимся носовым платком в мелкий цветочек. Впрочем, успокоиться ей удалось быстро.

– Ну ладно, это дело не наше: не моё, а тебе тем более не интересно! Как с работой у тебя?

– В газете, журналист, – Саша нервно думал, начать ли сейчас о предмете своего обращения или ещё выждать ритуалы взаимной вежливости.

– Хорошо, хорошо, – она с искренней гордостью улыбалась, очевидно чувствуя себя причастной. – Значит, маму приехал навестить? Как дела у неё? Здорова?

– Потихоньку, – как-то незаметно для себя и он перешёл на этот стариковский тон. – Она ходит совсем плохо, просила прийти, узнать насчёт Ангелины…

– Ангелина, да! – Татьяна Леонидовна выпрямила спину и сразу приняла тот особенный деятельный вид, который есть у всех кабинетных работников при исполнении. – Саша, ты повлияй на неё, прошу! Дела плохи. Ей сдавать ЕГЭ, поступать. Она прогуливает уроки, не делает заданий, хамит учителям. Хорошо, что ты приехал! Ведь ты для неё живой пример того, как легко добиться успеха даже в Боголюбове. Как важно хорошо учиться!

– Но, Татьяна Леонидовна, ведь это вы помогали мне…

Она перебила так уверенно и горячо, как будто это было принципиальным вопросом.

– Нет, нет! Ты сам! Ты всё делал только сам. Думаешь, мало я пыталась поддерживать таких детей? Никого нельзя заставить трудиться насильно. Мало просто таланта, нужно иметь волю! Волю вырваться, что-то изменить. У тебя она была! А у сестры твоей её нет.

– Не знаю, мне показалось, Ангелина довольно разумная и активная девчонка…