Библиотека литературы Древней Руси. Том 7 (Вторая половина XV века)

И но да не мнитъ кто в васъ ласканиа быти словеса моя сиа, но да исъстинныя вещи посреди васъ предъстоятъ. Но «память праведнаго с похвалами»,[174] и рече премудрый Соломонъ. Но да аще есть убо всехъ праведныхъ память с похвалами, и кто ли не принесетъ похвалы великому князю Борису Александровичю, и кто ли не прославитъ его! И тъ и не требоуетъ бо и самъ от насъ похвалы. Но точию мы убоимься притчи лениваго оного раба, съкрывъшаго таланътъ государя своего и имъ прикуп не сътворшаго.[175] Но что не бо дивние и преславнъе, еже похвалити истиннаго строителя и пастыря, великого князя Бориса Александровича!

Но аще ли речемъ, по достоянию похвалити его не можемъ. Но не мощно бо, реку вамъ, иже рукама почерпше воды, и да принести самодержцу. Но еже имамъ, то и принесемъ. От многа мало нечто о немъ рцемъ, но боязнию съпрятуяся и в лепоту украшая его. И честною багряницею его украшаема видящи, и нищетою усердиа не спокрываемься. Но той бо от нашихъ не требуетъ ничтоже, но точию бо о немъ благомыслие. Но слава бо последовати весть благовернымъ и похвалити премудрыхъ. А мне же цвететъ сердце и точитъ умъ, но язык ми косенъ и худословесен и толикое величество исповедати. И да вы отверзите уста своя и способьствуйте ми истинне. Но вижте благолепное церьковное устроение великого князя Бориса Александровича, и вижьте градъ его зданиа, и вижте чюдныхъ весей делание. Но понеже бо есть на небесехъ дело ангельское Бога славити, а на земли же человекомъ Бога въсхваляти, въспевати, а князя чтити. Но приведемъ к сему и Давыда царя, но еже рече: «Пасый Иизраиля».[176] Но рци ми яснее, кому то рече? И азъ же реку: въистинну, пастырь бе великий князь Борисъ Александровичь, еже пасы и строа новый Иизраиль, Богомъ спасеный градъ Тферь. Но преже бо его мнози пастыри быша. Великий князь Иван пастырь бе, и великий князь Александро пастырь же бе, но не устъроиша тако Богомъ спасенаго града Тфери, но якоже великий князь Борисъ. Но не похуляю тихъ, но другаго строение похваляю. «Упасе бо, — рече Давыд, — люди своя рукою Мисеовою и Ааронею».[177] И князь же великий Борисъ Александровичь пася и строя Богомъ спасеный градъ Тферь благословениемь же Ивановым и Александровым и избра Давыда, раба своего, пасти Иисзраиля в достоание себе. Но воистинну бо реку: новы есть Давыдъ великий князь Борисъ Александровичь, пасы и строя достоание праотець своихъ. Но что убо еще ли не разумеете достоинства! И изьявлю вамъ истинну. Но видете ли, какъ царскому и праоческому престолу достоинъ есть великий князь Борисъ Александровичь.[178] Но речемь же ему вси, яко единеми усты: «Благословенъ великий князь Борисъ Александровичь, якоже храняй законъ Господень! Благословенъ и въ граде, благословенъ и на селе, и благословенъ во всякомъ своемъ строении, благословенъ и на всякомъ месте и ныне, и присно, и в векы векомъ».