Электронная книга - «Конец партии: Воспламенение (СИ)». Краткое содержание книги:
Я не прогадала.
- Сумка? - оживленно переспросил редактор, приподнимаясь в ванне. - Что внутри?
- Понятия не имею, - отрапортовала я и цапнула из блюда еще один пирожок, на этот раз начиненный яйцом и луком, - я же только издалека видела…
- Хм-хм-хм… - приобретя задумчивый вид, Марат уставился в окно. - Узнать бы о содержимом этой сумки.
- Но как? - спросила я. - Я даже не знаю, куда он ее отвез…
- Домой, - буднично сообщил редактор. - В тот вечер он никуда не заезжал и, как обычно, к полуночи приехал домой.
- А… а вы-то откуда знаете? - я едва не подавилась куском пирожка. Взгляд Марата стрельнул насмешливой искрой.
- Народ, как правило, ничего не утаивает от своих друзей. Кучер, который его подвозил, почитает мою газету.
- Да у вас везде свои люди, - протянула я восхищенно, на что Марат усмехнулся:
- А ты как думала? Многие называют меня прорицателем, дескать, я могу предугадывать события, которые должны скоро произойти. Но на деле все мои так называемые предсказания - всего лишь плод тщательного сбора информации, из которой, как правило, достаточно сделать простейший вывод. Например, тот случай с неудавшимся побегом Капета.
- Это когда… э… - я перерыла в своей памяти все, что когда-то рассказывал мне Огюстен, - когда их на границе тормознули?
- Тогда, - согласно кивнул Марат. - Побег они готовили заранее, разве могли они в этом деле обойтись без прислуги? Кто-то готовил им карету, лошадей, собирал все необходимое… а затем обо всем этом узнавал я. Конечно же, я сразу опубликовал предостережение, что Капет собирается сбежать, и что дальше, как ты думаешь?
- Вас не послушали, - предположила я.
- Более того, надо мной посмеялись! “Одержимый паранойей сумасшедший” - пожалуй, самое лестное определение, которое я тогда выслушал, - разойдясь, Марат ударил ладонью по столешнице, отчего блюдо с пирожками чуть не полетело на пол, но тут же остыл и продолжил спокойным тоном. - Впрочем, это дело давнее. Вернемся к Бриссо.
Все время, что продолжался его монолог, я сидела, лихорадочно соображая, что можно провернуть, чтобы проникнуть к Бриссо домой. В голове у меня возникали самые невероятные планы, достойные пера какого-нибудь автора авантюрных романов, но все они были невыполнимы по тем или иным причинам. Наверное, я бы так и не смогла ничего придумать, если бы не вспомнила об Анжеле. Когда-то в одиннадцатом классе она использовала беспроигрышный способ попасть домой к смазливому практиканту, заменявшему у нас уроки истории, и не один раз потом по ролям пересказывала, как ей это удалось и чем это все закончилось. Результат, как у нее, мне не был нужен ни разу, а вот хитрый план был достоин того, чтобы им воспользоваться, особенно если речь шла об интересах революции.
- Есть идея, - высказалась я. Марат, в это время прикидывающий что-то на листке бумаги, глянул на меня пытливо:
- Какая?
- Не скажу, - лукаво улыбнулась я, отводя взгляд. - Только есть одна нестыковка… можете мне помочь?
- Ну, это смотря в чем.
- Дайте адрес хорошего аптекаря, - попросила я. - Мне нужно обзавестись снотворным.
Секунду Марат молча смотрел на меня, а потом протянул, будто сам не веря тому, что понял:
- Ты собираешься попасть к Бриссо домой, напоить его снотворным, а потом найти эту сумку и проверить, что в ней?
- Ну да, - немного смущенно ответила я. Марат издал короткий смешок.
- Да ты шутишь.
- Нет, не шучу, - тут же обиделась я, поняв, что меня опять не принимают всерьез. - А что, по-вашему, это глупо?
- По-моему, это требует изрядной наглости, смелости и авантюризма. В первом я насчет тебя не сомневаюсь, что до второго и третьего… как ты собираешься познакомиться с ним, кстати?
Я ощутила, что у меня начинают пылать уши. Ну уж нет, что бы там ни говорил Марат про наглость, ее явно было недостаточно, чтобы посвятить его в подробности моего плана.
- Секрет, - отрезала я. - Если получится, тогда расскажу.
- Как интригующе, - хмыкнул он и, подвинув к себе чистый бумажный лист, принялся что-то быстро писать. Перо летало по бумаге с такой скоростью, что я не успевала следить за его кончиком. Спустя пару минут мне вручили лист, весь в невероятных каракулях. Я попыталась разобрать хоть слово, но не смогла - вдобавок ко всему, написано было даже не по-французски, а на каком-то другом, незнакомом мне языке.
- Сходишь и отдашь в аптеку, она через улицу за углом, - приказал Марат и потянулся. - Что получишь, принеси обратно. Остальное я сам сделаю.
- У меня денег нет, - пискнула я, подумав мимоходом, что милому парнише из дома Ролана хорошо бы набить как следует морду. Марат махнул рукой:
- Скажи, что от меня. Дадут в долг.
- А что потом? - уходить я не торопилась. Марат, судя по его виду, подавил искушение с силой прижать ладонь к лицу и ответил даже ровно:
- Тебе же нужно снотворное? Сильное, чтобы его быстро свалило?
- Ну да…
- Я его тебе сделаю, - снисходительно сказал он. - И вообще, ты все еще здесь?
- А вы умеете? - я попятилась к двери. Он глубоко вздохнул, явно думая, откуда еще можно черпануть терпения.
- Да, умею.
- А еще что вы умеете? - не удержалась я.
- Ты все еще здесь?!
Решив не дожидаться, когда мне в голову прилетит чернильница, я бросилась в коридор, едва не споткнувшись о собственные ноги.
Антуан чертыхнулся и в очередной раз поправил красный колпак - тот был ему явно велик и регулярно сползал на переносицу.
- Объясни мне, - в который раз завел он, - за каким чертом нам с Бонбоном надо было переодеваться в санкюлотов и переться сюда посреди ночи?
- Увидите, - таинственно ответила я, стараясь идти ровно и не путаться в подоле. Все-таки мне пришлось вырядиться по этой жуткой моде, выпросив у Бабет одно из ее платьев: за это я получила пару комплиментов от Огюстена и восхищенное цоканье языком от Антуана: “Натали, ты девушка? Почему раньше не говорила?”. Последнему мне при этом резко захотелось заткнуть рот кляпом, но ничего подходящего под рукой не было, и я ограничилась лишь язвительным замечанием, что именно я думаю о качестве его чувства юмора. Это, как оказалось, было ошибкой: Антуан, ответственно и даже творчески подошедший к моей просьбе переодеться и явиться в нужное время в назначенное место, шутить бросил, зато начал без остановки ныть. Видимо, день у него выдался не очень, поэтому всю дорогу до дома Бриссо я слушала жалобы на то, что он окружен идиотами, что ему пришлось отдать за аренду костюма бутылку превосходного вина, что он устал и хочет знать, зачем я тащу его в такую даль. Огюстен, слава богу, почти все время молчал, и за это мне с каждой секундой все сильнее хотелось расцеловать его.
- Ну правда, - все-таки подал он голос, когда мы пришли на место и остановились, - что мы тут будем делать?
- Вы сейчас будете… - я посмотрела на часы и прислушалась: уже почти полночь, вот-вот подъедет экипаж, - вы сейчас будете…
- Тебя заело, Натали? - издевательски осведомился Антуан. - Или ты стесняешься?
- Заткнись, - шикнула я на него и прислушалась. Сердце куда-то улетело - в конце улицы послышался дробный перестук копыт и шум приближающегося фиакра. Я порывисто обернулась к приятелям. Выражения их лиц были почти неразличимы в тусклом свете почти единственного на всю улицу фонаря, но это, наверное, было и к лучшему.
- Значит так, ребята, - я судорожно сжала кулаки, - сейчас вы будете меня насиловать.
Все-таки хорошо, что я не видела их лиц. Я могла только слышать, но эти двое молчали, и тишина была до того многообещающей, что я невольно поежилась. Первым подал голос Антуан - протянул почти с любопытством:
- Насиловать?
- Да, - начав волноватся, я выглянула из-за угла; экипаж приближался, у меня было не больше двух минут. - Я заору, прибежит один гражданин, а вы смоетесь, понятно?
- Нет, - покачал головой Огюстен. - Я ничего не понял.
- Я понял только одно, - я готова была поклясться, что вижу, как Антуан хищно облизывается, - самое главное. Все должно быть правдоподобно?
- Правдоподобнее некуда, - брякнула я, жалея, что у меня нет еще пары глаз на затылке - отслеживать, когда будет самое время вопить. Антуан и Огюстен переглянулись, и в глазах их загорелся одинаковый нехороший огонек.