Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе

Несмотря на утверждения Томаса и усилия монахов приората, Уильям не стал знаменитым святым чудотворцем, который за десять лет после своей смерти якобы прославил Норвич. Это служит нам напоминанием о том, что средневековые люди были не столь доверчивы, как многие полагают. Практичные купцы, ремесленники и аристократы Норвича не были убеждены в святости Уильяма, вопреки всем усилиям монахов и местных церковных властей. Томас горько жаловался, что окружающие смеются над его «Житием»[428]. Подобно многим другим агиографическим текстам, «Житию» Томаса понадобилось время, чтобы найти свою аудиторию и завоевать признание.

Первое из многочисленных перенесений останков Уильяма началось со сна. В первый вторник Великого поста 1150 года Томас Монмутский, только недавно прибывший в приорат, в видении узнал об убиенном подмастерье и получил наказ беречь его останки[429]. Он подождал повторного видения и только тогда сообщил о нем приору Элиасу, который немедленно взялся за дело[430]. Впервые святость Уильяма была, таким образом, публично признана в апреле, что по времени соответствует суду над Симоном де Новером[431]. Останки юноши были перенесены в здание капитула, центр монастырской жизни. Там монахи ежедневно собирались, чтобы выслушать главу из Устава св. Бенедикта, присутствовать на проповеди в праздничные дни, вознести личную молитву и понести назначенное наказание. Произведенная по приказу приора первая translatio останков Уильяма означала как проявление осторожного уважения к ним, так и особую связь с братией, собиравшейся в здании капитула.

Томас Монмутский провозгласил, со своей стороны, что монахи возрадовались обретению присутствия мощей святого среди них, и это заявление подтверждается тем, сколь мало времени потребовалось на организацию translatio – церемония состоялась спустя менее двух недель после того, как Томас впервые рассказал о своем видении. Он описывает подробности торжественного перенесения мощей, а потом сообщает, что это был просто пересказ сновидения[432]. Начав свое повествование с воображаемого, а затем рассказывая о реальном, он манипулирует восприятием читателей, одновременно возвеличивая святого[433]. В сновидении, изложенном Томасом, епископ произносит проповедь о том, что «милостью Божией людям Норвича было дано сокровище, которое надлежит почитать»[434]. Епископ и приор вместе со всей братией, облаченной в белое, приветствуют мощи. После окуривания ладаном «сокровище» (то есть мощи) приносят к главному алтарю. Посреди службы епископ публично объявляет о необходимости доставить святого в здание капитула. Вот так должна была происходить translatio.