Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе
- Автор: Роуз Эмили М.
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814604
- Переводчик: Татьяна Вячеславовна Ковалевская
- Жанр: История
Электронная книга - «Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе». Краткое содержание книги:
Поскольку у Норвичского собора не было институционального центра и влиятельного святого покровителя, церковные власти стали искать местного кандидата в святые, чьи останки находились уже в их полноправном владении, чья интригующая история отражала господствовавшую тогда моду на юных мучеников англосаксонского происхождения и который мог бы соперничать с популярными местными культами.
Когда после суда над Симоном де Новером монахи и епископ Норвича решили попробовать провозгласить Уильяма своим потенциальным святым патроном, они действовали очень осторожно. Похоже, они пытались приспособить почитание Уильяма под уже существующие культы святых двумя способами. Во-первых, даты поминовения Уильяма совпадали с датами поминовения других местных святых; а во-вторых, почитание предполагаемого мученика подкреплялось одобрительными суждениями разных высокопоставленных лиц, в том числе уже усопших. Первым в поддержку Уильяма высказался покойный епископ Герберт (ум. 1119), явившись в видении Томасу Монмутскому[413]. Эта посмертная поддержка видного представителя церкви сыграла большую роль в том, чтобы сделать юного кандидата в святые мученики приемлемым для местной паствы[414].
В противовес историям Феликса и Герберта, в истории Уильяма имелось несколько подробностей, особенно привлекательных для современников. Он был юн и невинен, и его жестоко замучили – все эти характеристики делали очень притягательными культы св. Этельберта и Этельреда, Эдуарда, Кенельма и Вигстана[415]. Феликс и Герберт, с другой стороны, прожили долгую и плодотворную жизнь и мирно скончались в весьма преклонном возрасте.
В то время рассказы о чудесах святых и в особенности Девы Марии обычно исходили из «монастырей с сильными древнеанглийскими традициями, их распространяли люди, которых объединяло восхищение различными формами англосаксонского благочестия»[416]. По этой же модели будут строиться истории о чудесах, приписываемых юному кожевнику из Норвича. Монахи и епископ искали для Норвича святого, который соответствовал бы укоренившимся общественным традициям и устоявшимся ожиданиям в отношении влиятельного небесного покровителя. Цель состояла не только в том, чтобы выжать побольше доходов из паломников, но и в том, чтобы учесть значение и повысить самооценку местных прихожан.
Первое повествование о предполагаемом ритуальном убийстве служило именно этой цели. Во время суда епископу достаточно было просто выдвинуть обвинение. Однако в самом Норвиче могли всплыть и другие подробности, характеризующие действующих лиц и их мотивы и добавляющие местный колорит. Теперь, когда уже не действовали ограничения и формальности судебной процедуры, вспоминались дошедшие через третьи руки разговоры, приводились показания экспертов и косвенные улики, и так создавался отлично выстроенный убедительный рассказ.
Поэтому первое обвинение в ритуальном убийстве было литературным произведением, историей, сложенной годы спустя после предполагаемых событий. С самого начала она предназначалась для чтения, возможно, в монастырских школах, или для нравоучений по время отдыха[417]. Яркое повествование о предполагаемом мученичестве было отшлифовано и расцвечено добавлением пяти книг о чудесах, сотворенных святым после смерти (текст «Жития и страстей св. Уильяма»).
413
Первые видения, в которых являлся Уильям, совпали с праздником св. Феликса, чье каменное изображение господствовало в соборе. В первом видении «человек почтенной внешности, поседевший от старости и облаченный в епископские одежды», разбудил сновидца своим епископским посохом. Новоприбывший монах спросил, кто провозгласил сие, и ему сказали, что это «Герберт, первый основатель Норвичской церкви» (Vita, III, i, 77). Здесь легко можно заподозрить, что ему явился Феликс, чей ежегодный праздник отмечался на следующий день и чей образ легко было спутать с Гербертом. См.: Yaxley S. Herbert De Losinga, First Bishop of Norwich. Dereham, Norfolk: The Larks Press, 1995. Эта книга продается в соборе, и скульптура, изображенная на обложке, именуется скульптурой Герберта, хотя теперь обычно полагают, что это Феликс. Изображение, которое вначале было перенесено из собора во внутреннюю галерею и которое теперь считается изображением Феликса, – намеренно анахронистическое произведение начала XI века.
414
Церемония tranlslatio Уильяма в собор в июле 1154 года совпала с одним из памятных праздников в честь епископа Герберта. Впоследствии мощи Уильяма были снова перенесены в день, который опять же был связан с Гербертом, уже покоившимся в центральном алтаре, куда останки юноши были перемещены в 1151 году.
415
Hayward. Innocent Martyrdom. Especially 83ff.
416
Southern R. W. The English Origins of the «Miracles of the Virgin» // Medieval and Renaissance Studies. 1958. Vol. 4. P. 183–200 at 177.
417
Кэти Лавеццо справедливо подчеркивает «монастырскую идеологию» и «тревогу по поводу мирян» у Томаса Монмутского (Lavezzo K. Shifting Geographies of Anti-semitism: Mapping Jew and Christian in Thomas of Monmouth’s Life and Miracles of St William of Norwich // Lilley K. D. (Ed.) Mapping Medieval Geographies: Geographical Encounters in the Latin West and Beyond, 300–1600. Cambridge, Cambridge University Press. P. 25–270).