От Голливуда до Белого дома [In My Own Fashion. An Autobiography]

Из-за этого скандального развода мне пришлось отложить все планы на будущее, и теперь я спешил их реализовать и попробовать свои силы в Голливуде. Я собирался немедленно уехать туда на машине, но мама настаивала, чтобы я не путешествовал в одиночку. Кто знает, какие опасности — ковбои, индейцы, гремучие змеи — могут поджидать меня на Диком Западе? Она хотела, чтобы отец меня сопровождал.

Он был против. Его жажда приключений давно угасла, и идея пересечь континент в подержанном «форде» ему совершенно не нравилась. Но мама была непреклонна, и переубедить ее мы не смогли. Мы попрощались по-русски: присели на дорожку и молча подержались за руки, мысленно желая нам с отцом счастливого пути.

Моей целью было добраться до Калифорнии как можно скорее. Я хотел застать там Игоря, который проводил медовый месяц в Калифорнии (в апреле 1940-го он женился на Бутси Макдоннел, и путешествие стало свадебным подарком от Сисси Паттерсон). Игорь знал многих людей, которые могли оказаться мне полезны — после Нью-Йорка я понимал, что мне нужна будет любая поддержка.

Машина сломалась почти сразу, уже в Вирджинии, и мы три часа ждали, пока ее починят. Большую часть ночи я провел за рулем, чтобы не выбиться из графика. Потом в Теннесси поломка была уже посерьезней: два с половиной дня ушли на ремонт. В третий раз это случилось где-то в Скалистых горах. От отца помощи было мало, его не интересовало ничего — ни страна, ни люди, ни природа. Помню, как-то мы остановились перекусить в маленьком мексиканском ресторанчике в Аризоне.

«Я закажу рыбу», — сказал он.

«Может быть, не стоит? — спросил его я. — Мы в мексиканском ресторане, посреди пустыни. Здесь не может быть свежей рыбы. Почему бы тебе не взять чили?»

Он настоял на своем… и, конечно, отравился, провалявшись на заднем сиденье остаток пути с мокрым носовым платком на лице, издавая жалобные стоны. Вот так я прибыл в царство грез: на старом драндулете со стонущим отцом на заднем сиденье.

Но главное, что мы оказались в Голливуде, сказочной обители небожителей! Лос-Анджелес тогда все еще был небольшим городком, с чистым воздухом, пахнущим ароматами гардений и апельсиновых деревьев. Погода была прекрасной, дороги — свободными, цветы — роскошными и благоуханными, девушки — неправдоподобно красивыми. Легкой походкой, как манекенщицы на подиуме, они прогуливались вдоль Сансет-бульвара, с заученной непринужденностью демонстрировали свои достоинства и отчаянно надеялись, что какой-нибудь проезжающий мимо продюсер обратит на них внимание. У всех на слуху тогда была малодостоверная история, как Лану Тернер[74] «заметили» за стойкой закусочной в аптеке Швабса, вот Голливуд и наводнили юные красавицы, стреляющие глазами, надувающие губки, с важным видом чистящие перышки, как стая случайно залетевших в город фламинго. Они съезжались со всей страны, со всего мира. Я ожидал, что в Голливуде будет много красивых девушек, но чтобы столько! Их число раза в три превышало количество мужчин, от их прелестей кружилась голова.

Игорь и Бутси жили в апартаментах гостиницы под названием «Сады аллаха» на Фаунтен-драйв. Она была построена в испанском колониальном стиле, который мне очень понравился, и при ней был бассейн. Их медовый месяц подходил к концу. Вскоре они должны были возвращаться в Вашингтон, но гостиничные апартаменты были сняты еще на две недели, так что нам с отцом было где остановиться на первое время.

В первый же день мы пошли на вечеринку в «Чирос»[75] — эквивалент «Эль Морокко» на Западном побережье (и единственный приличный ночной клуб — Голливуд был еще очень мал, и люди там много работали, так что больше им и не требовалось). Вечеринку организовал Рекс Сен-Сир, очень богатый человек, часто устраивавший приемы — мужская ипостась Эльзы Максвелл [76]. Игорь представил нас друг другу: «Мой брат переехал в Калифорнию. Надеюсь, вы будете включать его в список приглашенных».

Сен-Сир кивнул и пригласил меня присоединиться к другим гостям. На этой вечеринке я познакомился с несколькими людьми, благодаря которым начал ориентироваться в голливудской жизни. Среди них была актриса Венди Берри, очень привлекательная девушка (я не знал, что она была подружкой гангстера Багси Сигела, а то был бы осмотрительнее). Кроме того, я познакомился с Хэлом Роучем, владельцем небольшой киностудии, и его дочерью Мегги. На вечеринке также был Джон Метаксас, очаровательный грек, с которым мы как-то встречались в Нью-Йорке. Он сам выбрал роль моего советчика. «Не тратьте время на всех хорошеньких девушек, — сказал он мне. — Их здесь сколько угодно. Сосредоточьтесь на хорошеньких девушках со связями — таких как дочь Хэла Роуча, — потому что они могут вам помочь».