Электронная книга - «Назад в прошлое. Между строк (СИ)». Краткое содержание книги:
— Нет, ты просто невозможен, — тыкала она в него беконом на вилке. — Я все расскажу маме, какой ты безалаберный. А вот когда начнутся занятия…
Роджер закатил глаза в выразительном жесте:
— Сегодня первый день каникул, Дор…
— Между прочим, — Дора, наконец, засунула в рот бекон и стала активно жевать, — даже на каникулах надо заниматься, Роджер. У нас вообще С.О.В. в этом году, нельзя терять времени.
— Ты говоришь, как МакГонагалл, — фыркнула Кира в свой стакан с соком. И Дора тут же обратила свой праведный гнев на нее.
— Нет, — повернулась она к Кире, сверкая глазами, — это голос моей совести.
— Ну, так он звучит как твой обычный голос, — пожал плечами Роджер, и поднялся. — Ты идешь? — ткнул он в плечо Маркуса. — А то здесь прямо ведьминский шабаш какой–то, да и без нас начнется все веселье.
— Ты про битву зачарованными снежками во дворе? — поинтересовалась Кира. — Мы к вам присоединимся.
— Давайте, а то моя сестра забудет, что значит веселиться, и монстр, который в нее вселился, поработит мир, — усмехнулся Роджер, уклоняясь от удара Доры.
Маркус, уплетая последние куски яичницы, поспешил за ним.
Дора уткнулась обратно в тарелку. Похоже, вся эта история с Роджером ее действительно расстраивала. А может, ее просто нервировала необходимость браться за С.О.В. на каникулах.
— Сегодня он просто ужасен, — проворчала она.
— Он прав. Сегодня твой внутренний голос громче, чем обычно, — пожала плечами Кира. — Мы можем взяться за уроки и завтра, — и энергично затеребила ее за рукав: — Дора, смотри, смотри, по–моему, Энтони тебе подмигнул! Похоже, после вчерашнего бала у тебя появился поклонник…
— Ну не знаю, он всегда мне казался не особо сообразительным…
— Вряд ли вам придется писать совместный учебник по Трансфигурации. Вчера он точно так же на тебя смотрел, пока не уснул возле чаши с пуншем…
Элизабет рассеянно слушала сокурсниц. Она окинула усталым взглядом зал. Учеников было меньше, чем обычно. Видимо, многие еще отсыпались. Седрика и Чжоу не было за столами. И это даже радовало. Она бы не хотела видеть их сейчас в своем болезненном состоянии.
Если бы она сама еще чувствовала себя получше, то утро было бы не таким ужасным. Лизз с неприязнью поглядела на содержимое тарелки. Пудинг с кленовым сиропом выглядел весьма аппетитным. И она даже вяло поковырялась в нем. Но пока она собиралась на завтрак, тошнота победила голод.
— Ты проковыряешь в тарелке дырку в другое измерение, — послышался голос справа.
Она резко повернулась в полной уверенности, что там должны быть Кира и Дора. Но вместо них Бен Бредли сидел и смотрел на нее.
Элизабет отвлеченно вспомнила, что девочки что-то говорили про снежные игры во дворе. И она еще думала, присоединиться к ним или нет. А тут даже не заметила, как они ретировались, и не позвали ее с собой. Впрочем, чему тут удивляться.
Мерлин, почему она думает об этом, когда надо придумать, что сказать Бену? Вот же он сидит и сверлит ее взглядом. А в голове сплошной хаос.
— Как ты, Лизз, как себя чувствуешь? — голос Бена доносился до нее как в туманном сне.
Элизабет поняла, что голова сейчас взорвется. Или содержимое желудка вырвется на свободу. Она уронила голову на руки прямо посреди обеденного стола.
— Прости, Бен, — выдавила она. — Мне так стыдно. Прости за то, что я сбежала.
— Мне все ясно, — произнес Бен, и она подняла на него глаза. — У тебя похмелье. Поверь, это чувство мне знакомо. Когда просыпаешься с головной болью на утро, словно на ней всю ночь танцевали джигу маленькие феи.
— Что?.. — во взгляде Бена было столько участия, что это пугало.
— Попробуй тыквенный сок, — не замечая ее замешательства, он протягивал ей стакан с оранжевым содержимым.
Элизабет рассеянно опустила на него взгляд. Меньше всего ей хотелось что–то пить.
— В любом случае, надо выпить хоть что-то, — произнес Бен, ставя возле нее стакан. — Или, давай, я лучше тебе достану мандариновых пастилок, — потянулся он через стол к яркой тарелке.
Элизабет слушала его, но слова проходили мимо ее сознания. Почему он говорит это все? Почему ведет себя, как ни в чем не бывало? Ему действительно было не все равно, как она себя чувствует. Но от этой мысли тошнота подкатила к горлу новой волной.
— Извини, Бен, я… мне надо… — еле слышно прервала она его и поднялась.
Элизабет прижала салфетку ко рту и выскочила из зала.
*
Она едва успела добежать до ванной на втором этаже. Ее стошнило. Но от этого сразу стало намного легче. Тяжело дыша, Элизабет открыла кран, уставившись на льющуюся воду. Ее все еще немного лихорадило. Она ополоснула лицо и прополоскала рот.
Глядя, как льются струи воды, Лизз снова подумала о Бене. И под ложечкой неприятно потянуло от нового приступа паники. Его понимание и забота наводили на нее ужас. А вчера он так искренне говорил с ней о своем отце, и она сама рассказала ему слишком много о Ровене. Эта степень искренности теперь обязывала их к каким–то более близким отношениям. Наверняка, он думает, что они теперь друзья или, еще хуже, влюбленная парочка…
Ей живо представилось, что было бы, если бы они начали встречаться. Ходить вместе по коридорам, гулять у озера, делать домашние задания по вечерам. Всюду, куда бы она ни пошла, ей бы пришлось брать Бена с собой. Посвящать его во все свои дела. Общаться с его друзьями. Везде, всегда — рядом с ним! И все вокруг, вся школа, обсуждала бы их отношения — за завтраком, на уроках…
Элизабет сердито закрыла кран. Еще не хватало стать очередной подружкой Бредли! Ее щеки горели при мысли, что нужно вернуться в Зал. Как она посмотрит ему в глаза? А если не возвращаться, то ей все равно придется увидеться с Беном — рано или поздно. И поговорить. Элизабет положила руку на мокрый лоб. Она не сможет. Не сегодня, и не в таком состоянии.
Она все равно решила уехать на каникулы домой. Так что сейчас она просто пойдет в свою комнату, соберет чемодан и будет дожидаться кареты до Хогсмида. А потом, когда вернется через пару недель, сможет спокойно поговорить с Беном. Время все расставит на свои места.
Элизабет кинула на себя в зеркало быстрый взгляд и вышла в коридор.
— Тебе все-таки стоит выпить сока, — Бен ждал ее у двери ванной комнаты в коридоре.
— А тебе не стоит меня пугать! — заорала она, и голос ее отлетел от стен гулким эхом. И шумно выдохнула, сама только сейчас осознавая, в каком она напряжении.
— Извини, Бен, — обессилено прислонилась Элизабет к стене.
— Да все в порядке, — пожал он плечом, вставая рядом с ней. — Я понимаю.
Он не выглядел обескураженным или обиженным. Наоборот, все тот же довольный вид. Она закрыла глаза, слушая звенящую пустоту в голове. Думать о чем–либо казалось совершенно нереальным.
Они помолчали какое–то время.
— Ну так… чем думаешь заняться сегодня вечером? У меня есть пара интересных идей, — нарушил тишину Бен.
Элизабет резко открыла глаза, уставившись перед собой. Определенно, он думает, что они встречаются.
— Бен, — повернулась она к нему, изо всех сил надеясь быть услышанной. — Нам нужно поговорить, поставить все точки над «и»… но, наверное, стоять и обсуждать такие вещи у ванной комнаты девочек не самая хорошая идея.
В глазах Бена мелькнуло странное выражение, похожее на непонимание.
— Отлично, — неуверенно улыбнулся он, — давай прогуляемся. На улице хорошая погода. Поиграем в снежки. А разговоры оставим на вечер.
— Я уезжаю сегодня, — коротко произнесла она.
Бен не ответил. Элизабет так не хотелось огорчать его, но она не могла иначе. И стоять здесь больше тоже не могла.
Бен помолчал, качнулся на пятках взад-вперед. И снова поднял взгляд, в котором читались остатки надежды:
— Может, я помогу тебе собраться или провожу тебя?