Электронная книга - «Назад в прошлое. Между строк (СИ)». Краткое содержание книги:
Все в ней похолодело.
Она резко затормозила в одном из коридоров, буквально остолбенев на одном месте.
Лизз удивилась, насколько же жестока ее фантазия. Но мысли ее уже понеслись сами собой в заданном направлении. Какой он Седрик, как парень? Она впервые в жизни задала себе этот вопрос и ужаснулась. Сглотнула. Дотронулась слегка рукой до своих губ. И тут же отдернула руку. Она никогда этого не узнает. Они никогда не будут вместе. Никогда. Ни-ког-да.
Закрыла глаза. Подумала о сегодняшнем вечере. Бен с его вопросами о дружбе между ней и Седриком, сногсшибательно выглядящая Чжоу, не проходящее весь вечер чувство собственного одиночества, и этот взгляд Поттера там, на лестнице — он словно подтверждал, что у нее, так же, как и у него, нет абсолютно никаких шансов надеяться на что-то…
Элизабет прислушивалась к собственной боли. Она ожидала, что эти размышления вызовут в ней слезы. Но слез не было. Только раздражение и гнев.
Ненавижу. Внезапная стремительная мысль. Ненавижу этот вечер. Ненавижу толпу людей, которым надо улыбаться. Ненавижу Рождество, ненавижу все эту мишуру! Она рванула свою праздничную мантию со всей силы — лоскуты рукава нелепо повисли на руке. Ненавижу Чжоу!
— Scredo! — в одно мгновение выхватила волшебную палочку и метнула заклинание в стену напротив. Огненный шар с несвойственной для нее силой вырвался из палочки, разлетевшись снопом искр. На камне остался внушительный черный след.
Устало откинулась назад, стукнулась головой о холодную стену позади.
Элизабет начала привыкать к тому, что знает заклинания, не только о которых ни разу не слышала до этого, но и которые у простого школьника попросту не получились бы из-за их сложности и опасности. Таким заклинанием можно легко убить — пронеслась вялая мысль. Эта неведомая сила делала ее особенной. Увереннее в себе. Чтобы сказал бы Седрик, узнав о ее способностях? Стала бы она привлекательнее для него? Значимее? Интереснее самой Чжоу?
Иногда ее пугали подобные вспышки. И эта новая появившаяся твердость в ее характере — тоже. Она была уверена, что это не она. А кто–то другой.
Тот, чьей жизнью она живет вот уже несколько месяцев. Кинула взгляд на медальон, мирно висящий в вырезе мантии — да-да, именно… Она чувствовала чужое присутствие рядом с собой все сильнее день ото дня. Как чье-то еле слышное дыхание за спиной. Как второе сердцебиение в такт со своим собственным.
Тряхнула головой. Глупости. Иногда ты просто сходишь с ума, Лиззи.
Постояла немного, успокоившись. И чувствуя, как кто-то словно наблюдает за ней из темноты, торопливо зашагала по коридору. Но чувство погони не прошло, вызывая первобытный ужас. Через пару секунд Лизз неслась прочь, подхватив подол мантии. Она словно убегала от наваливающейся на нее чужой реальности. Картинки против ее воли так и вставали перед глазами.
— Ровена…
Он был там, за ее спиной. Она резко крутнулась к нему, сама не зная, хочет ли его видеть.
— Постой, не убегай!
Гнев, досада, боль, жестокое разочарование в центре груди. Его шепот в тишине. Его профиль в полумраке.
— Салазар…
— Останься, прошу тебя…
И она стоит в замешательстве, призирая саму себя за нерешительность. А где-то далеко слышна музыка бала и смех гостей. И там какая-то совершенно чужая жизнь.
Лизз резко затормозила. Мотнула головой, отгоняя видения и чувствуя, как на мокрый лоб липнет челка. И образы-призраки тысячелетней давности тут же растаяли.
Она по-прежнему стояла одна в тихом пустом коридоре…
*
— Лиззи… Лиззи… ну давай же. Давай.
Ее словно выдергивали из полумрака на свет, словно поднимали со дна холодной несущей куда–то реки, течение которой сперва не хотело отпускать. Она слабо моргнула пару раз, чувствуя какие тяжелые у нее веки. Открыла глаза. Знакомое лицо. Бен… Склонился над ней, страх и паника во взгляде. Еле заметные веснушки на носу.
Она лишь снова закрыла глаза, чувствуя, как возвращается сладостное чувство забытья.
— Лиззи!
Ее сильно хлестнули по щеке.
Она вскрикнула и в который раз широко распахнула глаза — теперь окончательно.
— Что ты делаешь?.. — невнятно поинтересовалась у Бена. Вяло потерла горящую щеку. Голова была тяжелой и просто раскалывалась на тысячи осколков.
— Ну, наконец-то, — Бен облегченно вздохнул.
Элизабет огляделась. Она лежала на диване головой на коленях у Бена в гостиной Рейвенкло.
— Что стряслось?.. — сделала попытку подняться, но Бен силой уложил ее обратно.
— Тихо–тихо, не шевелись, полежи еще немного, — мягко произнес он, но Лизз сердито уставилась в ответ:
— Что произошло? Как я здесь оказалась?
— Я нашел тебя здесь, посреди пергаментов, на полу, — пожал плечом Бен.
Она все-таки поднялась с его колен и села. Медленно повернулась. Ее шкатулка стояла на столе, пергаменты собраны и сложены стопочкой рядом. Она поморщилась.
С ней случился очередной обморок? Это было бы логично, учитывая ее состояние весь вечер. За этой мыслью пришли и картинки о произошедшем. После неожиданной вспышки гнева и произнесенного заклинания в коридоре, силы были почти на исходе. Она еле добралась до гостиной, рухнув на диван. Слава Мерлину, гостиная пустовала. Студенты либо уже давно спали после Бала, либо прятались парочками в темных коридорах Хогвартса, а значит, ожидались к утру.
Посидев немного, Элизабет поняла, что ни за что не сможет уснуть. И почти машинально, как всегда, потянулась к шкатулке Рейвенкло. Медальон на шее привычно пульсировал, когда она перебирала пергаменты. Но она старалась не обращать внимания. Она полностью погрузилась в то, что читала. Этот способ убегать от проблем стал для нее наркотиком — каждый раз уходить в дневники Ровены Рейвенкло, пытаясь разобрать древние завитки рун, пытаясь жить чужой жизнью на этих страницах, чтобы не думать о своей…
— Может, ты все-таки расскажешь мне, что с тобой происходит, Лиззи? — голос Бена нарушил ход ее мыслей. Она перевела взгляд на его лицо. Глаза его были близко и обеспокоенно изучали ее саму.
— Ну, ты, право слово, как заботливая мамаша.
— Не стоит отшучиваться, Лизз. — Бен смотрел на нее строго. Впервые. — И уходить от ответа или переводить тему тоже не стоит. Ты должна все мне рассказать.
Элизабет ответила таким же серьезным взглядом, а затем перевела его на стол, где стояла шкатулка, чувствуя, как сердце внутри принимается учащенно колотиться:
— Ты смотрел их? Пергаменты?..
Почувствовав враждебность в ее голосе, Бен примиряющее поднял руку:
— Я не хочу лезть в твои дела, Лизз. Но если это угрожает тебе, я просто обязан все выяснить. Просто расскажи, что все это значит, и как это связано с твоими обмороками.
Элизабет впервые не знала, что ответить ему. В голове не было ни одной мысли. Шутки или глупые отмазки были бы бесполезны. Она лишь дернулась в направлении шкатулки, инстинктивно желая проверить, все ли с ней в порядке, и убрать ее подальше. Однако Бен мягко, но настойчиво удержал ее за плечи, заставив опуститься обратно на диван.
— Посиди, не вставай, — заботливо укрыл ее плечи пледом. — Я сейчас.
И поднявшись, отошел к столику у стены. Элизабет все–таки нашла в себе силы и сползла на пол, облокотившись на диван спиной. Уставилась на огонь в камине. Невольно задумалась — хорошо ли, что Бредли здесь, или ей надо побыть одной. Мысленно пожала плечом. Ей на самом деле было все равно. Бал кончился. Чары рассеялись. И она словно Золушка сидела на своем прежнем месте, у очага. А принц в золотых доспехах предавался мечтам наедине со своей принцессой. Сейчас ей не было дела ни до чего, и она отстраненно наблюдала, как Бен суетливо перетаскивал что–то с соседнего столика на пол рядом с ней. Фрукты в тарелке, кулек новогодних ярких сладостей (среди которых Элизабет разглядела тыквенное печенье, Берти Боттс и пару шоколадных лягушек) и что-то темное в высокой бутылке.