Время в судьбе. Святейший Сергий, патриарх Московский и всея Руси
- Автор: Фирсов Сергей Львович
- Год: 2005
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 5-7868-0020-2
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Время в судьбе. Святейший Сергий, патриарх Московский и всея Руси». Краткое содержание книги:
С. Л. Фирсов обращается к основным вехам жизни Патриарха лишь для объяснения феномена «сергианства», понимаемого им как «новое издание» старой болезни — своего рода извращенный атеизмом «византийский грех», стремление Православной Церкви найти себе место в политической структуре государства и, одновременно, стремление государства оказывать влияние на ход внутрицерковных дел.
Книга адресована всем, кто интересуется историей Русской Православной Церкви, вопросами взаимоотношений Церкви и государства.
Собственно, для координации этой помощи, налаживания церковно-государственных отношений и был создан упомянутый выше Совет по делам Русской Православной Церкви, во главе которого поставили начальника 3-го (антирелигиозного) отдела 5-го Управления Наркомата Госбезопасности Г. Г. Карпова. Уполномоченные Совета в областях и краях, как правило, также были чекистами. Власть этих «ответственных работников» над «внутренне независимой» Церковью невозможно преуменьшить. За примерами далеко ходить не приходится. Не так давно, в 50-летнюю годовщину кончины Патриарха Сергия, были опубликованы некогда секретные документы, касавшиеся в том числе и контактов Патриарха с Карповым. Они — лучшая иллюстрация к прозвучавшему заявлению о полном взаимопонимании Церкви и гражданских властей.
За одиннадцать дней до кончины, 4 мая 1944 г., Патриарх Сергий побывал у Председателя Совета по делам РПЦ. Среди многочисленных вопросов, рассматривавшихся тогда, преобладали кадровые — о назначении и переназначении архиереев на кафедры. Из беседы видно, что последняя инстанция — Совет, а Патриарх — всего лишь предлагающий, а иногда и адвокат. И это было в «золотую пору» сталинского благоволения к разгромленной Церкви! В конце беседы Карпов сообщил Патриарху, что в ближайший час будет объявлен закон о выпуске 3-го государственного военного займа «и было бы желательно, чтобы Московская Патриархия и духовенство приняли участие в этой подписке своевременно и организованно»[146].
Дисциплина есть дисциплина: участие приняли. Такая свобода и такое доверие были совершенно безопасны для официальных властей, — в конце концов именно они вырабатывали стратегию церковного поведения в СССР. Пример сказанному — докладная записка, посланная Карповым на имя И. В. Сталина в связи со смертью Патриарха. Сообщив председателю СНК СССР о произошедшем и указав на завещание Патриарха Сергия (от 12 октября 1941 г.), Карпов довел до его сведения просьбу членов Св. Синода похоронить Патриарха 18 мая внутри Богоявленского собора и сделать официальное извещение о кончине Святейшего в газетах. Со своей стороны, Совет считал возможным просьбу иерархов удовлетворить[147]. Проблем не возникло — вождь на всё «соизволил», Церковь была «нужна»…
У каждого времени — свои герои, играющие по неписаным правилам и в соответствии с установившейся в государстве политической традицией. Признаем: на первых порах Совет по делам РПЦ больше помогал, чем контролировал — такова была сталинская установка. Однако существовала ли в том нужда?
Сталин не был наивным человеком, он прекрасно понимал, что сергианский епископат никогда не выйдет из-под контроля, никогда не вернется к тихоновской «лояльности». Пригретый властью, он не посмеет даже претендовать на самостоятельность, по всем принципиальным вопросам следуя «генеральной линии». Прямое (публичное) вмешательство власти в подобной ситуации будет только во вред государству. Об атеистической стратегии на время «забыли»: поменялась «тактика». Надо будет (как, например, в хрущевские времена) — вспомнят молниеносно и начнут закрывать то, что совсем недавно открывали. Главное Сталин знал: с иерархией проблем не будет, она проверена и отобрана. Селекция проведена, бояться нечего.
Подчеркну: страх сделал свое «воспитательное» дело. Но кроме страха было еще и другое — сознательное стремление Патриарха Сергия любой ценой вписать официальную церковную власть в новый строй. Добился ли он своего? И да, и нет. Ценой политического сервилизма обновленческого «образца» церковная власть получила права гражданства, но гарантий — никаких.
Послевоенная история показала, что с годами государственное давление на Церковь лишь увеличивалось. Оправдывалась пословица «Отдашь палец, откусят руку». Неслучайно Патриарх Алексий (Симанский) на закате своих дней в приватной беседе с горечью признавал: «В начале моего Патриаршества в епископы я выбирал девять, а они (то есть советские органы) — одного, теперь они дают девять, а я подбираю одного»[148].
Власть могла влиять на подбор кадров, что вовсе не спасало эти последние от всевозможных чисток и репрессий. Яркие, сильные и самостоятельные клирики становились, скорее исключением, чем правилом. Их судьба зависела не от них. Ими играли, их заставляли делать то, что нужно власти, а если (вдруг!) почему-то они противились, их наказывали. Трагический пример изгнания в 1960 г. митрополита Николая (Ярушевича) «на покой» — тому трагическое доказательство.
146
См.: Крестный путь Патриарха Сергия… С. 75–78.
147
Там же. С. 78.
148
За Христа пострадавшие. Гонения на Русскую Православную Церковь. 1917–1956. Биографический справочник. М., 1997. Книга первая: А — К. С. 63.