Электронная книга - «Притворись, прошу! (СИ)». Краткое содержание книги:
— Ты куда? — спохватилась Сара. — Все в порядке?
— Да, я на минуту отлучусь. В туалет.
В тот же миг Отис зыркнул на меня так, точно я прилюдно над ним поиздевался!
— Да нет, я правда в туалет! — поспешил заверить его я. — Просто в туалет — мне нужно умыть лицо.
Очередная случайная пуля метко попала во внутренний чан со стыдом — и Отис облился им весь, благо заметил это лишь я. Я плюнул на попытки объясниться, виновато развел руками и просто ушел, пока не ляпнул еще что похуже. В туалете на меня напал запоздалый приступ смеха: ныряя в наполненные водой ладони, я булькал отрывистыми выдохами. Черт возьми, бедный Отис!.. Я ведь правда не специально… Интересно, как скоро между нами исчезнет эта неловкость? Исчезнет ведь вообще?.. Сегодняшний вечер должен был стать отправной точкой для моего нового отношения к Отису, однако как я ничего не сделал, чтобы донести до него свои мысли и чувства, так и Сара ни на йоту не продвинулась с неординарным докторишкой.
Подняв голову, я посмотрел на свое отражение в зеркале. На сведенных бровях поблескивали капли воды, губы были напряженно сжаты. Да, я злюсь. Злюсь на самого себя. Полагать, что этим вечером я буду обходиться с Отисом так же, как со всеми своими женщинами, было легко, но вот он я — на настоящем свидании с Отисом, а он навряд ли об этом знает, и обаяния во мне сегодня ноль. В животе оживают змеи, стоит подумать о флирте с Отисом или заигрывании при помощи языка тела. С ним я чувствую себя идиотом, со мной ему стыдно, некомфортно, и это… настоящее первое свидание, если так подумать! — и я пожал плечами, будто вел безмолвный разговор с собственным отражением. Теряя время в туалете, я уж точно ничего не изменю. Так что нужно, во-первых, вернуться, во-вторых, перестать забивать голову сотней проблем, в-третьих… как там говорила Сара?.. Не стыдиться отношений с Отисом?.. Которых нет. Но которые я — признай уже! — сильно хочу…
Я высушил руки, лицо, одернул замявшийся блейзер и вернулся в зал. Ситуация за столом изменилась в благоприятную для Сары сторону: Отис таки вспомнил, что для нее эта встреча — свидание, и приноровился переводить разговор на ее работу, интересы, умения. Все чаще Сара и Роберт смотрели друг на друга и беседа троих превращалась в диалог очаровательной пары. На лице Отиса сияла улыбка, коя сразу же испарилась, как только я занял свой стул. В то же время Сара, одарив собеседника пустым смехом, накрыла его пальцы своими, и Роберт взглянул на плененную поверх скатерти руку так, будто только-только осознал намерения Сары. Его плечи задеревенели, мимика оскудела. Его реакция показалась мне странной, но всяческие размышления отошли на второй план: Сара действует, умница; надо бы и мне.
Отпустив вилку, я левой рукой как ни в чем не бывало поднял бокал, а освободившуюся правую не глядя опустил Отису на брюки… Стол вздрогнул, посуда пронзительно звякнула! Я отдернул руку; все взгляды устремились на Отиса, а Роберт под шумок освободил свою кисть из пут нежности Сары.
— Извините, — с минимумом эмоций высек Отис, — продолжайте разговор, — после чего прошипел в мою сторону: — Какого черта ты делаешь?..
— Я всего лишь хотел положить руку тебе на бедро…
— Это было не бедро!.. — сквозь зубы процедил он.
— Спасибо, я уже понял!.. Я не присматривался. И вообще привык делать это с женщинами, а там ухватиться за что-то не то чрезвычайно сложно…
Я осекся слишком поздно, вспомнив, что упоминать при Отисе бывших любовниц — не самая лучшая идея, но на этот раз он не был зол. Отис повернулся ко мне вполоборота, я сделал то же под короткий душераздирающий визг стула по кафелю.
— Зачем тебе это делать? — снисходительно спросил он, чуть смяв локтем скатерть. На его губах больше не было улыбки, но ее слабые отблески я видел в уставших темных глазах. — Еще не наигрался, Кэм?..
— Я уже не играю…
— Верится с трудом…
— …Я пытаюсь показать свое расположение, но выходит криво-косо.
— Потому что мы не геи.
— Тогда почему пытаемся переспать друг с другом?
— Не приписывай мне свои грешки, — поморщился вдаль Отис.
— Серьезно? — Я пододвинулся вместе со стулом еще ближе, на этот раз тихо. Сара вовсю ворковала с окончательно зажавшимся Робом, так что меня слышал только Отис, как и его — только я. — Хорошо, ты мне не веришь, я понял, — озвучил я факт, и Отис с призраком тревоги мельком окинул Сару взглядом. — Но давай констатировать и прочие истины. Я тебя хочу. Ты хочешь меня. Но дотронуться друг до друга мы можем только при условии, что адреналин или алкоголь затуманивают разум и отключают мне нежелание вести себя по-гейски, а тебе — неуверенность в серьезности моих поступков.
— И что ты предлагаешь?
— Хватит выпивки. Хватит стычек с обвинениями и мордобоем. Мы должны постепенно сближаться на трезвую голову, продвигаться без спешки, раз уж у обоих чуть ли не фобия…
У дальней стены монотонно заиграли на классических инструментах музыканты в скучных черных костюмах. На просторный пятачок, выделенный специально под танцы, вышли две-три пары, одной из которых были вообще «хрустальные» старики: не дай Бог оступятся — исчезнут, аки Оби-Ван Кеноби, а на пол упадет лишь их одежда. Энтузиазм захватил Сару столь же быстро, как залп салюта расцветил бы ночное небо. Она утащила Роберта к танцующим за трещащий от натуги рукав, и мы с Отисом синхронно ухмыльнулись им вслед, скрестив руки на груди. Лицезрение чужих умеренных страданий расслабляло. Отис неспешно пил вино, наблюдая за Сарой, — кольцо соприкасалось с бокалом, и в моей только голове раздавался мерзопакостный звон…
— Тебе не тяжело на это смотреть? — озвучил я вопрос и к Отису, и к самому себе.
— И да, и нет, — пожал он плечами. — Честно признаться, я еще не привык к тому, что огромная веха подошла к концу — что рисунок на свитере, который мы с Сарой кропотливо вместе вязали, расползся на наших глазах: нити по-прежнему соединяют меня с нею и Риной, но самого рисунка не осталось… ни общего дома, ни единой семьи, держащейся за руки… Но в то же время я не чувствую желания добиваться Сары снова. Я скучаю по концепции семьи… и с ума сходил, когда узнал про других мужчин в жизни жены, но сейчас… выгорел… — сломленно подытожил Отис и сделал глубокий глоток из бокала.
— И несмотря на это, носишь кольцо… — упомянул я, наконец-таки, то, что не давало покоя. Звон в голове прекратился…
— Я пробовал снимать его в самом начале, но пальцу одиноко — неприятно пусто.