Святые и разбойники неизведанного Тибета. Дневник экспедиции в Западный Тибет [litres]

Вечером прибываем в Кьюнглунг (4410 м)[42], где еле находим небольшую заболоченную площадку, на которой все же можно поставить палатки. Травы почти нет – лишь небольшое пастбище на другом берегу Сатледжа, который после непрекращающихся дождей стремительно несется, увлекая все за собой. Здесь, на правом берегу реки, кончается дорога. Волей-неволей приходится переправляться на другой берег. Предприятие не из простых, ибо мы не знаем, смогут ли яки противостоять ярости течения. Напротив деревни Кьюнглунг река сужается, это верно, однако качающийся висячий мост, перекинутый через пропасть меж двух внушительных вершин, может выдержать лишь овец и людей.

Сегодня 2 августа. Погода по-прежнему ненастная, однако льет уже не так сильно, как вчера. Уровень воды, которая ранним утром добралась почти до нашего убогого моста и, казалось, уже была готова снести его, постепенно начал уменьшаться. Надо использовать этот удобный момент, я беру в руки руководство над своими людьми и около восьми вечера посылаю развьюченных животных в бурную реку, полный решимости любой ценой переправиться на другой берег. Яки осторожно движутся посреди течения, и когда они уже не достают дна, начинают бороздить воду с быстротой опытных пловцов. Мы следим за ними с трепетом; некоторые из животных, кажется, вот-вот будут снесены течением, однако в конце концов, после длительных переживаний, мы видим их живыми и здоровыми и оставляем пастись на небольшом лугу, который благодаря неожиданным дождям, словно по волшебству, возник на голых камнях.

Наконец люди, снуя взад и вперед по хрупкому мосту, переносят на себе багаж и около одиннадцати часов разбивают лагерь на другом берегу, недалеко от тропы, которая должна привести нас в Девадзонг.

Сейчас, когда мы находимся в безопасности, можно любоваться, во всей его суровой красоте, ущельем Кьюнглунга, настоящим прибежищем ведьм и чародеев. Глинистый полукруглый утес возвышается на несколько сот метров над рекой; вода вырыла в нем гроты и пещеры, избороздила его на тысячу ладов, сотворив в многовековых трудах замки и колонны. Самые фантастические цвета перемежаются четко определенными слоями, наплывая друг на друга и смешиваясь в тончайших оттенках желтого, зеленого, красного и белого. Все настолько странно, что кажется, будто ты живешь в волшебном мире, в который, словно из древних скитов, пещер и развалин гигантских разрушенных монастырей, явился, вызванный нашим присутствием, блуждающий сонм тавматургов и святых, обитавших в них прежде.

Начинаем исследование этого места; оно кажется совершенно покинутым. Здесь много работы для меня и капитана Герси, который в наихудших световых условиях должен запечатлеть на фотопленке внушительные руины и сотни настенных росписей – все, что осталось от некогда одного из самых знаменитых мест Тибета, почитаемого как буддистами, так и последователями бонпо. Сейчас здесь нет уже ничего. Именно в таких местах осознаешь тщету трудов человеческих.