Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors

Я так и не познакомился поближе с твоей подругой, Пэм, ты ведь редко брал ее с собой на всякие дорсовские мероприятия. У тебя были проблемы в связи с этим? Она определенно была твоей «единственной», но отчего такой кавардак во взаимоотношениях? Может, из-за того, что ты вырос в кочевой семье военного, и тебе было трудно решиться пустить корни?

У всех нас главной привязанностью была наша группа, разве не так? Это было что-то вроде брака, только полигамного. И без секса. Пока ты не взял развод тогда, в Париже… Я бы сказал, что у нас был медовый месяц длиною в год, пока мы репетировали, потом два года в любви и согласии, когда мы шли к успеху, и затем четыре года мы с все бóльшим трудом терпели друг друга… что печально. Казалось, не было никакого иного выхода. По крайней мере, тогда. Легко судить задним числом. Как видишь, лишь теперь я пытаюсь во всем разобраться, с помощью слов…