Перетворцы

Следующий сюжет начался с записи камеры телефона, на которой посетители кафе с визгом залезали на столы и стулья, поднимая повыше ноги. По полу в три потока перемещались косматые шарики. Изображение приблизилось, и стали отчётливо видны голые крысиные хвосты.

Хмыкнув, Кира накинула куртку и вышла в подъезд. Секунду постояла на площадке, глядя на дверь сестёр. Развернулась и побежала вниз по лестнице.

Город заметало снегом. Белые крупинки падали на асфальт и не таяли, рассыпаясь жемчужинками по мокрой черноте. На негнущихся ногах Кира прошагала почти половину города. Редкие встречные люди превратились в едва различимые тени, взгляд проникал сквозь них.

Мимо прошмыгнула парочка, державшаяся за руки. У мальчика сознание полностью утонуло в желании, так что он вообще мало что воспринимал. Девочка ещё колебалась, ей мама не велела «прыгать в кровать к каждому встречно-поперечному». Но через двадцать минут они уже окажутся под одним одеялом, а через месяц девочка будет рыдать на коленях у мамы.

Шатающийся мужик брёл, не разбирая дороги. Его мир растворился в боли. Час назад на операционном столе умер его сынишка, попавший под колёса внедорожника на детской площадке во дворе дома. Ржущий холёный юноша (между прочим, приятель Доминики), сидел со своими пьяными друзьями в ресторане. Отмечали. В который раз ему всё сошло с рук, только внедорожник надо будет быстренько продать. Через неделю этого парня в алкогольной коме привезут в ту же самую больницу, где скончался мальчик, и он отправится следом. Мужик, узнав об этом, сначала обрадуется, но потом снова напьётся – сынишку-то всё равно не вернуть.

Худощавая женщина, выходившая из круглосуточного магазина, недавно стащила в офисе пачку бумаги для принтера. Через два дня её за это уволят. А так называемая подруга, та, что напишет донос, займёт освободившееся место.

Сделав усилие, Кира перестала смотреть сквозь людей, и они превратились в картонные силуэты. Две такие фигурки кривлялись посреди тротуара, третья снимала их на телефон. Яркий свет от фонарика слепил глаза, так что Кира, проходя мимо, сделала движение пальцами, будто щёлкнула кого-то. Смартфон выскользнул из рук девчонки и, гладко покатился по асфальту прямо под ноги Киры. Она, конечно же, «случайно» наступила прямо на светящийся экран, который приятно хрустнул под ботинком.

Не дослушав блеющие вопли девчонок, Кира свернула в тёмный двор и села на лавку у детской площадки. Ни ветринки не проносилось над городом, карусели и качели замерли, куст пируса чернел тонкими ветвями. На краю площадки из земли торчали обрезки тонких труб. Один из жильцов дома пару ночей назад попросту срезал качели болгаркой и увёз их на дачу. Его жена спит с соседом. У соседа ВИЧ, но он ещё об этом не знает.

Встав, Кира подошла к огрызку трубы, торчавшему из земли. Размахнувшись, ладонью ударила по краю. И ничего не почувствовала. Только металл погнулся.