Акциденция

— Так с нами уже бесе… ах, да… — скорбно поджала девушка губы и опустила глаза, видно вспомнила, кто с ней беседовал.

— Теперь я занимаюсь этим делом. Старший лейтенант милиции, Горцев Николай Алексеевич, — представился я и протянул руку.

— Младший библиотекарь, Самошкина Ольга Владиславовна, — пожала мою ладонь девушка, — Пройдемте товарищ наверх, в кабинет к нашей заведующей, — и вышла из-за стойки, чтоб проводить к упомянутому начальству.

Мы поднялись по широкой каменной лестнице и оказались в еще одном небольшом зале. Здесь основное пространство занимали не полки, а столы, расставленные на некотором отдалении друг от друга. За одним из них сидели парень с девушкой, но от своих записей они глаз не подняли, так что я их не разглядел. Видно из тех молодых, что закончив в этом году школу, несмотря на военное время, все же решили куда-то поступать. Похвальное стремление — специалисты в любой отрасли нашей стране нужны и сейчас.

Сбоку стояла такая же стойка, как и внизу, и за ней находилась еще одна женщина, постарше и посерьезней с виду, чем моя сопровождающая.

— Глафира Андревна, старший библиотекарь, — представили мне ее шепотом, — А это товарищ из милиции… — указали глазами на меня, но вот что еще девушка сказала своей сослуживице, я не расслышал, потому что та перегнулась через стойку и проговорила все остальное, чуть не на ухо своей собеседнице.

Старшая женщина кивнула мне:

— Проходите, Клавдия Васильевна у себя.

Мы вышли из читального зала и остановились у соседней, уже закрытой двери, выходящей сюда же, на площадку перед лестницей. Ольга постучала, как-то поняла, что можно войти и открыла передо мной тяжелую створку.

Здесь все повторилось, включая представление и наклон над столом для более тихой возможности излагать информацию. Они тут, похоже, громко разговаривать вообще не умели.

Пока девушка докладывала о том, кто я такой и зачем явился, мне ничего не оставалось делать, как разглядывать кабинет и его хозяйку.

Обстановка комнаты осталась похоже совсем без изменений, еще со времен прежних хозяев — тяжелая резная мебель, бархатные, хоть и выгоревшие уже шторы с золочеными кистями и морской пейзаж на стене, в достойной его раме. И, самое интересное, женщина, что сидела сейчас за монументальным столом, весьма органично вписывалась в подобную обстановку. Как будто и сама она была не из этого времени — благообразное, бледное лицо, прямая спина, блуза со стоячим воротником, подколотым некрупной, но явно старинной камеей под самым подбородком, и волосы, убранные в низкий гладкий пучок.

Меж тем, хозяйка кабинета выслушала девушку и обратилась ко мне: