Золотой век. Сборник классической фантастики [сборник litres]

Ослепший от боли, Том, задыхаясь, навалился на приборный щиток. С полки справа рухнула масленка. Из дырочки, величиной с четверть дюйма, на Тома выплеснулось ошпаривающее масло. Шок вернул Тому его готовое уплыть сознание. Не обращая внимания на удары рычага слева и на центральный рычаг, который так же начал безумный танец, Том склонился над левой стороной приборного щитка и ухватил рычаг компрессора. Бульдозер взревел и устремился вперед, а потом стал резко разворачиваться. Том понял, что его пытаются сбросить. Удержаться было невозможно, но, вылетая из кабины, он все же успел сбросить рычаг компрессора на ноль. Большие клапаны на головках цилиндров открылись и насыщенное горючее вместе с раскаленным воздухом вырвалось наружу. И когда Том ударился о землю плечом и головой, мотор полностью остановился. Воцарилась тишина, если не считать шума кипящей в охладительной системе воды.

Через несколько минут Том приподнял голову и застонал. Перекатился на спину и сел, уткнув подбородок в колени. Волны боли раз за разом проходили по телу. Когда они стали затихать, Том подполз к бульдозеру и с усилием поднялся, перебирая руками по гусенице. Шатаясь, как пьяный, почти не отдавая себе отчета в действиях, он принялся калечить машину – по крайней мере, вывести ее из строя хотя бы на одну ночь.

Он открыл кран под топливным баком и дал теплой желтоватой жидкости стечь на землю. Открыл клапан насоса. Нашел кусок проволоки и закрепил рычаг компрессора. Он с трудом взобрался на кожух двигателя, отвинтил воздушный фильтр, снял с себя рубашку и запихал ее в выхлопную трубу. Поставил рычаг сцепления вперед до отказа и тоже закрепил его проволокой. И напоследок перекрыл подачу горючего из бака к насосу.

Потом тяжело спустился на землю и, прихрамывая, направился к тому месту на краю плато, где оставил Риверу.

НИКТО И НЕ ДОГАДЫВАЛСЯ, что Том ранен, пока не прошло полтора часа. Все были слишком заняты. Нужно было сделать носилки для пуэрториканца, построить ему убежище из клети от самосвала, приспособив, как крышу, армейскую палатку. Потом искали аптечку первой помощи и медицинский справочник. Сделали все, что могли – перевязали, наложили шину, дали дозу опия. Том, как выяснилось, был весь покрыт синяками, а его правая рука выглядела как поджаренный бифштекс с кровью. Старина Пиблз посыпал ее сульфадимезином и сделал повязку, как опытная медсестра. И только потом начался разговор.

– Видел я однажды парня, который упал с катка, – сказал Деннис, когда они сидели вокруг кофейника и жевали армейские рационы. – Сидел он на поручне, подсунув под зад собственную руку. И тут его кошечка на камень наткнулась и взбрыкнула. Его сбросило на дорогу прямо перед ней. Когда его нашли, он был в десять футов длиной. – Деннис, прихлебывая, шумно втянул кофе в набитый едой рот и зачавкал. – Да… Только дурак сидит на половине задницы. Даже на катке. Не понимаю, с чего этот недоделанный вытворял такое на бульдозере.