Бамбуковая крепость
- Автор: Минеев Александр Иванович
- Год: 1984
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Бамбуковая крепость». Краткое содержание книги:
Обилие земли и сравнительно небольшая плотность населения в дельте Меконга (300 человек на 1 квадратный километр, в то время как в главных провинциях дельты Красной реки — до 1000 человек) не способствовали интенсификации земледелия. Урожаи выращивались только на наиболее удобных землях и в наиболее благоприятный сезон. О том, как много «неудобных» земель и насколько продолжительны «неудобные» для разных районов сезоны, говорят хотя бы лишь некоторые цифры.
Из четырех миллионов гектаров естественной площади ежегодно в сезон дождей на полгода затопляется 1,7 миллиона гектаров, причем 500 тысяч — на глубину 1–3 метра. Вода приносит плодородный ил, но в течение шести месяцев на более чем половине полей можно Только ловить рыбу и креветок. Другие территории безжизненны в полугодие сухого сезона из-за сильной засухи.
В сухой сезон на смену половодью приходят морские приливы, которые засоляют почву. Высота приливов здесь достигает трех-четырех метров, а средняя высота дельтовой равнины не превышает двух метров над уровнем моря. Морская вода проникает далеко в глубь материка, вплоть до Пномпеня, засоляет треть территории дельты Меконга.
Крестьяне на «мокрых» землях приспособились выращивать особую разновидность риса — «плавучий рис». Если паводковая вода поднимается равномерно не быстрее 10 сантиметров в сутки, то рис успевает расти вслед за ней. Но у такого риса низка урожайность, а растет он почти девять месяцев. Второго урожая с этих полей не собрать.
Поэтому сооружение дамб, строительство дренажных и оросительных каналов, мелиорация почв являются насущной необходимостью для дальнейшего развития сельского хозяйства в дельте Меконга.
Достигшее пика к началу второй мировой войны производство товарного риса пришло в упадок за годы американской агрессии. Военные действия, бомбардировки, всевозможные кампании по созданию «стратегических деревень» и «агрогородов», быстрый рост Сайгона и других центров как опорных пунктов по обслуживанию военной машины США — все это привело к запустению земель, к переливу рабочей силы из сельского хозяйства в непроизводительные сферы. Заросли травой и илом каналы, осока поднялась на рисовых полях. Уже во второй половине 60-х годов сайгонский режим вынужден был импортировать рис из Америки для снабжения городских центров. Сокращение площадей оказалось более сильным фактором, чем ввоз химических удобрений, инсектицидов и механизация сельского хозяйства.
После освобождения Юга страны началось возрождение главной житницы Вьетнама. КПВ и правительство Вьетнама сразу же приняли меры к возвращению крестьян в родные места, к переводу раздутой армии торговцев в производство. Помогая друг другу и получая помощь от государства, люди строили дома на многолетней залежи, очищали землю от невзорвавшихся бомб, мин, снарядов, колючей проволоки. Из северных провинций на Юг пошли караваны машин с тягловым скотом, сельхозорудиями, тракторами, семенным зерном.
В течение минувшей пятилетки начала отступать многолетняя традиция выращивания одного-единственно го урожая в год — осеннего. Площади под весенним рисом увеличились со 189 тысяч гектаров в 1976 году до 427 тысяч в 1980 году, под летним — до 462 тысяч гектаров. Для этого понадобилось насыпать тысячи километров дамб, прорыть тысячи километров каналов.
Уже в сентябре 1975 года, например, около 20 тысяч крестьян уезда Лонгфу провинции Хаузянг вышли на сооружение 37-километровой плотины вдоль морского побережья. После ее завершения 4 000 гектаров засоленных почв были превращены в рисовые поля, а еще на 5 000 гектаров стало возможным собирать второй урожай.
Пятилетка 1976–1980 годов не только ознаменовалась восстановлением прежнего уровня сельского хозяйства в дельте Меконга, но и положила начало его дальнейшему развитию. Объем производства риса и других продовольственных культур в этой зоне увеличился на 25 процентов по сравнению с периодом до освобождения, превысив в 1980 году пять миллионов тонн.
Однако восстановления прежнего уровня недостаточно для решения продовольственной проблемы. Ведь с конца 40-х годов население Вьетнама удвоилось. И перспективы обеспечения страны продовольствием существуют практически только в дельте Меконга.
Начатое предками вьетнамцев движение на Юг пока нельзя считать полностью завершенным. Если в Северном и Центральном Вьетнаме мы видим относительное аграрное перенаселение, то в дельте Меконга не хватает рук для более интенсивного ведения хозяйства, для освоения целины в «неудобных» районах. Дельта Красной реки по территории составляет 5,2 процента Вьетнама, по обрабатываемой площади — 11,7 процента, а по числу сельскохозяйственного населения — 22,3 процента. Совсем другое в дельте Меконга: по территории — 12 процентов, по обрабатываемой площади — 36,4 процента, а по трудовым ресурсам — всего 25,6 процента. В маленькой дельте Красной реки теснятся 11 миллионов человек, а в большой дельте Меконга — 12 миллионов.
Поэтому для выполнения поставленной съездом КПВ задачи превратить дельту Меконга в сельскохозяйственную зону номер один так важна переброска трудовых ресурсов из густонаселенных районов Севера и Центра, а также из городов Юга в дельту Меконга. Главные районы освоения — как раз те, которые начали осваиваться позднее других, за Хаузянгом. Центральный Комитет СКМ (Союз коммунистической молодежи) Хошимина объявил ударной целинной зоной для молодежи район Хатьена в провинции Киензянг, в самом дальнем юго-западном уголке страны. Новые рисовые госхозы создаются также в самой южной провинции Миньхай, поверхность которой едва поднимается над уровнем моря и поэтому засолена.
За пятилетку в дельте Меконга создано уже более 30 государственных хозяйств на целинных землях. Это крупные плантационные хозяйства, рассчитанные на высокую механизацию и высокую товарность. Почти вся их продукция пойдет в закрома государства. В них работают новые переселенцы с Севера, которые, как и сотни лет назад их предшественники, превращают безлюдные пустоши в урожайные поля. Только теперь это не одинокие искатели счастья. Они приезжают сюда организованно, принося на недавно освобожденный Юг новые производственные отношения.
В создании госхозов в новой форме проявляется и давняя традиция военных поселений. Части Вьетнамской народной армии в местах своего расположения поднимают целину, разбивают рисовые поля и фруктовые сады, плантации технических культур. Из 30 названных госхозов немало армейских. Широкое распространение получила и такая своеобразная форма освоения свободных земель, как набор добровольцев из густонаселенных провинций Севера и Центра в военизированные формирования. В них военная структура управления. Одновременно с основным делом эти люди проходят военную подготовку. Солдаты находятся как бы на действительной службе, но живут в расположениях частей вместе со своими семьями и постепенно закрепляются там.
Пейзаж дельты Меконга существенно отличается от того, что мы видим на северной равнине. Там рис, казалось, завоевал всю землю и оставил немного места садам и городам. Деревни Севера выглядят действительно островками, окруженными плотной изгородью бамбуковых зарослей, внутри которой теснятся крестьянские дома. В южных деревнях усадьбы стоят далеко друг от друга, имеют большие сады, огороды, рыбные пруды и свинарники. Южная дельта производит не только много риса, но и фруктов, мяса.
Деревня на Юге имеет особую социальную структуру. Здесь изначально не было сильной общинной организации — главного устоя феодальной вьетнамской деревни. Крестьянам на Юге больше присуща фермерская разобщенность.
Если на Севере и в Центре до коллективизации главной фигурой в деревне был малоземельный крестьянин, то на Юге были социальные слои сельских буржуа, крестьян-середняков и безземельных арендаторов.
Сельская буржуазия распространена неравномерно в разных районах. Ближе к транспортным путям, в тех зонах, над которыми сайгонский режим имел относительно устойчивый контроль, где больше распространилась механизация, богатые крестьяне и помещики составляют около пяти процентов семей и держат от 12 до 30 процентов земли. В других районах их доля не превышает двух процентов дворов и пяти процентов пахотной земли. Богатые хозяйства не только непосредственно эксплуатируют батраков из малоземельных, но и опосредованно — середняков, сдавая им сельхозтехнику в аренду, взимая проценты за очистку риса на рисорушках.