Бамбуковая крепость
- Автор: Минеев Александр Иванович
- Год: 1984
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Бамбуковая крепость». Краткое содержание книги:
Никто их не гнал на эту стройку насильно. Они пошли к трудностям сами, чтобы найти место в новой жизни, доказать свою способность быть полезными стране. Там я познакомился с ветеранами движения молодежных бригад, которые участвовали уже в кампаниях по раскулачиванию крупной торговой буржуазии, борьбе с проституцией и преступностью несовершеннолетних, были в санитарных бригадах в дни полпотовской агрессии против Вьетнама, помогали населению дельты Меконга, пострадавшему от наводнения 1978 года.
Когда я вернулся туда через два года, на этом месте раскинулся госхоз с обширными ананасовыми плантациями, машинно-тракторной станцией, уютными поселками, и нет уже в помине тех бараков. Пройдя суровую школу труда, юноши и девушки «Фам Ван Хая» стали комсомольцами и коммунистами, вернулись в Хошимин или поехали в другие провинции Юга, чтобы работать учителями и бригадирами, государственными служащими и молодежными вожаками. Многие остались навсегда в построенном ими госхозе.
«Фам Ван Хай», «Ле Минь Суан», «До Хоа» — это уже старые адреса объектов, построенных ударными молодежными бригадами. Нынешние южные жители Хошимина по призыву V съезда партии сейчас едут на строительство двух крупных объектов, сооружаемых силами города. Это крупнейшая на Юге Вьетнама гидроэлектростанция Чиан, которая строится в 80 километрах от города Хошимина на реке Донгнай при всестороннем советском техническом содействии, и лесхоз Дакнонг на горной целине провинции Дарлак. На Чиане подготовительные работы начались в феврале 1982 года. Молодежным бригадам поручены расчистка джунглей на месте будущего водохранилища и строительство поселка для рабочих. В Дакнонге, где уже в 1982 году трудилось около тысячи молодых добровольцев, идет заготовка деловой древесины и сырья для бумажной промышленности. А скоро там будут разбиты плантации ценных экспортных культур — кофе, какао, чая, шелковицы.
Изменились адреса, но не меняется суть ударных молодежных бригад: тот же принцип полной добровольности, та же военизированная структура организации, так же они направляются на самые трудные участки деятельности. Нынешние члены бригад выросли после освобождения Сайгона. Лишь в детских воспоминаниях хранят они день 30 апреля 1975 года, когда первые колонны освободительной армии пронесли знамя победы по сайгонским улицам и оно было водружено на цитадели проамериканского режима — бывшем президентском дворце. Но и для них не менее важен поиск своего места в сложном вихре революционных перемен, происходящих на Юге Вьетнама.
— Город претерпел уже большие преобразования за годы народной власти, — рассказывает заместитель председателя Народного комитета Хошимина Ле Куанг Тянь. — Но задачи развития производства, обеспечений полной занятости, воспитания нового человека еще долго останутся на повестке дня. В решении их большая роль отводится переводу промышленности на самостоятельные рельсы, развитию ремесленного производства, строительству крупных объектов в близлежащих районах.
«Дорогой Ман! На этот раз пишу тебе из лагеря добровольного молодежного ударного отряда на стройке ГЭС Чиан. С тех пор как я уехала из Туихоа в Хошимин, долго не могла найти там себе постоянного занятия, работы. Мне помогли ребята из районного штаба ударных бригад… И вот уже прошли первые трудовые дни. Руки болят, опухли и покрылись мозолями. Ведь я никогда не держала в руках топора или рукоятки пилы. Но это — первые трудности, и я верю в будущее стройки».
Нгуен Тхи Тху Ан судьба разлучила с ее другом, и она послала это письмо в редакцию молодежной газеты «Тиен Фонг». Может быть, они и встретятся на Чианской стройке. Тысячи семей родились в ударных молодежных отрядах. Вопреки старой традиции, когда жених должен скопить перед свадьбой хоть какое-нибудь состояние, а родители невесты — богатое приданое, эти новые семьи начинают совместную жизнь, имея капитал в две пары трудовых рук. Их первые семейные адреса — на молодежных стройках.
ЮЖНАЯ ЖИТНИЦА
Если подняться с аэродрома Таншоннят в Хошимине и лететь на самолете на юго-запад, в сторону Сиамского залива, то летом, в сезон дождей, взору открываются огромные площади, залитые водой. Не будь островков деревень, протянувшихся вдоль дорог и каналов и одетых в зелень кокосовых пальм, создалось бы впечатление, будто вы летите над обширным морским мелководьем.
Это дельта Меконга, богатейщий и перспективный сельскохозяйственный район Вьетнама. Его пронизывают два основных рукава великой азиатской реки — собственно Меконг и Бассак (по-вьетнамски — Тьензянг и Хаузянг), распадающиеся потом на девять крупных протоков (нижнее течение Меконга по-вьетнамски — Кыулонг, «Девять драконов»), реки Вамкодонг и Вамкотэй и еще множество мелких речушек и искусственных каналов. Издавна и по сей день речной транспорт в — лом районе — главный. Лишь в годы американской агрессии через дельту пролегли хорошие шоссейные дороги, в том числе бетонированная «стратегическая» автострада № 4. Но они связывают лишь относительно крупные города, в то время как большинство районов, особенно в сезон дождей, продолжающийся около полугода, почти недостижимы посуху.
Вьетнамцы сравнивают свою страну с большим коромыслом «гань» с двумя корзинами риса. Эти корзины — две рисовые житницы: на Севере — дельта Красной реки, на Юге — дельта Меконга. Их соединяет протянувшаяся на две тысячи километров узкая полоса морского побережья. Северная житница старая, южная — сравнительно новая.
Площадь равнины в дельте Меконга составляет около четырех миллионов гектаров — вчетверо больше, чем территория дельты Красной реки. Однако обрабатываемые площади едва превышают два миллиона га, а средняя кратность урожаев —1,1, то есть в отличие от северных районов здесь преимущественно собирается только один урожай в год.
Северная равнина, в которой находится Ханой, — колыбель вьетнамской нации. Тысячелетняя преобразующая деятельность человека изменила там природу: реки оделись в дамбы, плотины оградили поля от соленых морских приливов, каждый клочок земли используется для земледелия. История освоения дельты Меконга насчитывает не более трех столетий. Поэтому все здесь сильно отличается от Севера: и этнический облик людей, и типы поселений, и социальная структура, и традиции хозяйственной деятельности.
Деревенские и даже городские дома на берегах рек и каналов напоминают кхмерские пайоты, фасады которых возвышаются на сваях над водой. Кхмеры и сейчас составляют более 30 процентов населения в приморских уездах провинций Кыулонг и Хаузянг. Много кхмерских поселений и во всех девяти провинциях дельты.
Здесь все больше, пространнее, чем на Севере: общины, простирающиеся порой на десятки километров, сами рисовые чеки. Крестьяне по-иному молотят рис, по-другому называют фрукты, домашний скот. Деревни, составляющие общину, называются не тхонами, а апами. Вначале на вьетнамском языке это слово означало маленький хутор, отделившийся от деревни. Так оной было в первые годы освоения дельты. Но сейчас южный ап по размерам порой больше, чем целая северная община.
Освоение дельты началось на рубеже XVIII века вьетнамцами, которые к тому времени расширили границы своего государства на юг до нынешнего Хошимина, и китайцами, покинувшими родину после прихода там к власти маньчжурской династии. Однако к 20-м годам прошлого века были освоены лишь самые хорошие земли на левобережье Меконга и кое-где в междуречье Меконга и Бассака. Только во второй половине прошлого века началось освоение правобережья Бассака — Хаузянга, где создавались военные поселения, занимавшиеся и хозяйством. И уже при французских колонизаторах там были прорыты каналы для транспорта риса и сброса лишних вод в Сиамский залив, разбиты крупные рисовые плантации. Этот район, где было много земли и мало людей, отличался особенно высокой товарностью. Дельта Меконга наряду с дельтами Менама и Иравадди стала одним из трех крупнейших в мире производителей товарного риса. В освоение болот и джунглей вложен колоссальный труд многих поколений вьетнамцев, бежавших сюда с Севера от голода и угнетения или сосланных правящим режимом, и китайских переселенцев, обретших здесь новую родину. Поэтому в жилах нынешних жителей дельты Меконга течет вьетнамская, китайская и кхмерская кровь.