Знание! Кто «за»? Кто «против»? Воздержался?
- Автор: Норвилло Павел Викторович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Знание! Кто «за»? Кто «против»? Воздержался?». Краткое содержание книги:
9. Как узнать мракобеса.
По ходу обсуждения различных аспектов функционирования мракобесов-И – они же псевдоучёные, они же предатели науки, они же защитники невежества, – мы несколько раз упоминали, что мракобесие трудно доказать, но можно выявить, но никогда не поясняли, как именно это можно сделать. И у внимательных читателей, возможно, даже начало появляться некоторое недоумение в связи с подобным подходом автора. Каемся: это было сделано специально, чтобы не разбрасывать указания на признаки мракобесов индивидуальных по всему тексту, а собрать и обсудить их в отдельной, посвящённой только этому вопросу главе. И так уж получилось, что логичное место подобной главе нашлось только в самом конце посвящённой борьбе с мракобесием части. Но всё-таки поздно – это лучше, чем никогда.
Итак, всё, разумеется, было бы намного проще, если бы у предателей науки вырастали, скажем, рога, хвост или хотя бы шерсть на ушах. Однако никаких явных и бесспорных внешних признаков переродившиеся учёные не обретают, а изменения в образе мыслей, в отношении к науке отражаются исключительно на образе действий угасающего исследователя. Так что и приводимые в этой главе признаки будут касаться строго повадок более или менее созревшего мракобеса-И. Из чего, в свою очередь, следует, что поведенческие признаки полуучёных или законченных псевдоучёных – как и всякие косвенные признаки – должны применяться при постановке диагноза с большой осторожностью, только в комплексе и с учётом всех сопутствующих обстоятельств.
9а) Тяга к соавторству.
Тому, кто имеет свои, пусть и не бесспорные идеи, нет нужды охотиться за чужими. Мракобес же потому, собственно, и становится мракобесом, что, с одной стороны, понимает, что как учёный он иссяк и ничего весомого к уже сделанному и сказанному добавить не может, а с другой – не хочет прямо и честно это признать. И тогда, дабы обозначить хоть какое-то движение, бывший учёный выходит на большую научную дорогу не как путник, а как тать и душегуб.
Вот только соавторство – это палка о двух концах. Оно может – и довольно долго – служить спасательным кругом и поддерживать на плаву, но может обернуться и камнем на шее. Ибо добросовестные заблуждения могут быть только своими, а вот чужие заблуждения, вставленные в якобы свою работу, сразу показывают, что имярек настолько утратил понимание реальности, что даже грамотно своровать ему уже не по силам. Так что если в более раннем труде одного автора мы находим ошибки, которые в более позднем сочинении другой автор выдаёт за свои собственные достижения, то практически со 100%-ной уверенностью на этом втором авторе можно ставить крест как на бывшем учёном, а ныне мракобесе-И.
9б) Непротивление диффузии авторитета.
К тому, что мы уже говорили о кредите доверия к позиции известного специалиста вообще и известного учёного в частности (см. раздел 6б), здесь следует добавить, что феномен этот проявляется не только, а может, и не столько в том, что поклонники заранее готовы согласиться со всем, что скажет и напишет их кумир. Плюс к этому от человека, доказавшего своё умение ориентироваться в какой-либо не совсем узкоспециальной области, начинают буквально требовать ответов на все вопросы, комментариев по всем проблемам и только что не чудес и пророчеств.
Однако истинный специалист ревниво заботится о своём кредите доверия, о его сохранении и приумножении. И потому никогда не позволяет себе всерьёз обсуждать темы, в которых не чувствует себя достаточно компетентным, но зато постоянно стремится уточнить сам для себя границы своей компетентности. И если настоящий учёный убеждается, что отстал в какой-то проблеме от современных требований, то он открыто признаёт это отставание и либо устраняет его усиленной работой, либо выводит эту проблему за рамки своей компетентности и перестаёт по ней высказываться, предварительно разъяснив, какие из его прежних утверждений утратили силу в новых условиях.
Иное дело тот, кто сам чувствует, что исчерпал свой позитивный научный потенциал, но не хочет, чтобы это понял кто-то ещё. Как правило, такой учёный, боясь зарапортоваться и с очевидностью обнаружить свою “бывшесть”, предпочитает не углубляться в детальный анализ конкретных проблем и ограничивается общими вопросами и общими же и ни к чему не обязывающими ответами. А если к тому же начинающий псевдоучёный продолжает сталкиваться с расширенными ожиданиями от своей персоны и желает поддержать свою популярность, то он чем дальше, тем охотнее подаётся навстречу пожеланиям чуда и, не рискуя идти вглубь, начинает распространяться вширь, вдоль и поперёк и высказываться по самым разным вопросам, не только близким к своей бывшей специальности, но и далёким от неё и вообще никакого отношения к ней не имеющим. Но чудес не бывает, и в подлинно научных кругах этакая радушная безответственность рано или поздно кончается для псевдовсезнаек полной растратой кредита доверия и превращением в бродячих скоморохов с остаточным налётом учёности.