Электронная книга - «Вторая жизнь Марины Цветаевой. Письма к Анне Саакянц 1961–1975 годов». Краткое содержание книги:
Марину Цветаеву, вернувшуюся на родину после семнадцати лет эмиграции, в СССР не встретили с распростертыми объятиями. Скорее наоборот. Мешали жить, дышать, не давали печататься. И все-таки она стала одним из самых читаемых и любимых поэтов России. Этот феномен объясняется не только ее талантом. Ариадна Эфрон, дочь поэта, сделала целью своей жизни возвращение творчества матери на родину. Она подарила Марине Цветаевой вторую жизнь — яркую и триумфальную. Ценой каких усилий это стало возможно, читатель узнает из писем Ариадны Сергеевны Эфрон (1912–1975), адресованных Анне Александровне Саакянц (1932–2002), редактору первых цветаевских изданий, а впоследствии ведущему исследователю жизни и творчества поэта. В этой книге повествуется о М. Цветаевой, ее окружении, ее стихах и прозе и, конечно, о времени — событиях литературных и бытовых, отраженных в зарисовках жизни большой страны в непростое, переломное время. Книга содержит ненормативную лексику.
Что с памятником? Речь пока что идет о выяснении возможности отыскания праха для перенесения. «Дама», бывшая в прошлом году в Елабуге, или сама Анастасия Ивановна, или ее знакомая, с которой она ездила вместе. Могилу они не нашли, но Ася говорит, что квадрат поисков невелик (захоронения 1941 года). Если это достоверно, то все это будет осуществляться в начале будущего лета, когда возможны (по погоде) раскопки. СП добьется разрешения на вскрытие нескольких могил. Опознавать поеду я (может быть, с юродивой Асей для ее утешения). За 20 лет, верно, ничего не осталось, определять придется по росту, форме черепа, состоянию зубов, размеру рук, ног — искривлению шейного позвонка (причина смерти). Нужна будет и помощь врача, т. к. я самостоятельно женского скелета от мужского не отличу… Официального постановления на этот счет еще нет, но считают, что добиться его будет нетрудно, если действительно квадрат поисков среди безымянных могил невелик. У нашей семьи есть место на Ново-Девичьем кладбище — там мамины родители, брат, родители маминой матери, т. е. мои деды и прадеды[340]. Так что если найдем — лежать будет среди своих.
Не скучайте по профессору Гарвардского университета, Господь с ним. Уверяю Вас, что книжечку там будет легче купить, чем у нас, ибо туда продаем за валюту, и охотно. Скаррон движется — сделана половина первой пьесы — срок сдачи обоих — 15 декабря. Буду просить отсрочки, а после этого выяснится, когда буду в Москве. — Анечка, если Польша — весной, неплохо бы чуть-чуть подзаняться языком, он ведь легкий, не то глухонемость отнимет половину удовольствия! Очень хочется, чтобы рыжий проветрился в полное удовольствие! (только бы не зазнался!) — Будет время и охота, съездите к Сосинским с Розой, я ей написала «в этом плане» два слова. Но для начала не пущайте ее одну на эти альпийские луга! Обнимаю Вас, милый,
Ваша А. Э.
Продолжаю радоваться Бунину. Деньги из издательства получила — 104 р., спасибо! От Юли получила чудные мамины переводы сегодня. Напишу ей.
Кстати, от Орла (время от времени) хорошие письма, более простые, человеческие, с меньшим количеством мелко-самолюбивых подоплек. К тому же известия от Оттена <о> планах и мысль о возможности изданий «вообще», до «Библиотеки поэта» заставляют его действовать более активно, и он надеется еще в этом году включить Цветаеву в план «Библиотеки поэта», — чтобы «застолбить участок». Это меня очень обрадовало бы. Тогда у «Библиотеки поэта» появился бы определенный приоритет («фирма» солидная) и не так вольготно было бы вольным партизанам типа нашего общего друга. Да их вообще-то не так много на белом свете!!
58
19 ноября 1961 г.
Милая Анечка, Ваше письмо от 15-го прибыло днем раньше письма от … 12-го, поэтому не удивляйтесь моему молчанию; Чириков[341], за которого спасибо большое, добирался до меня, с «недозволенным вложением» вместе, видимо, с заездом на «Северный полюс 10»[342]. Или в Мексику, побережье которой, кстати, — или некстати — разрушено ураганом[343].
<1)> Сначала о делах. Уверена, что Сосинские были рады и Вашей открытке, и Вам самой. Получила на днях письмо от Ариадны Викторовны, с благодарностью за «Страницы» и с нежными словами по поводу первого Вашего визита. Я Вам вовсе не навязывала Розу в этот Ваш визит, о котором еще и не знала, когда писала Вам, а думала, что Вы с ней как-нибудь съездите вдвоем, конечно, сперва договорившись с Сосинской, именно о ней. И мне хотелось, чтобы Роза в первый раз побывала там с Вами потому, что ее я совсем не знаю, может быть, она человек бестактный или еще какой-нибудь там, что, может быть, пришлось бы что-то сглаживать и правильно ориентировать в разговоре, чтобы Роза чего-нибудь не напорола сгоряча. Напортит — потом ей и возврата туда не будет со всем ее энтузиазмом. Может быть, во всем этом я слишком большая перестраховщица, но ведь речь идет о таком ценном собрании!
2) Очень прошу еще 1 Чирикова и сколько возможно Пастернаков[344], и прошу не высылать сюда, а при случае занести Аде Александровне. Она же произведет и несложные расчеты за купленные Вами книги и «возвернет» трешку, «пере» пересланную Вами за «Страницы», ибо хоть расходы по пересылке сэкономили!
вернуться
340
На Новодевичьем кладбище похоронена Надежда († 1905) и Сергей (†1905) Иловайские, дочь и сын Д. И. Иловайского и А. А. Иловайской (Каврайской), П. А. Дурново († 1887 гг.), отец матери С. Я. Эфрона, и сестра жены отца, А. Н. Посылина († 1876.). Близкие родственники со стороны М. Цветаевой нашли свой последний приют на Ваганьковском кладбище. Там покоятся ее отец И. В. Цветаев († 1913), мать М. А. Цветаева (Мейн; † 1906), отец матери А. Д. Мейн († 1899), его первая жена М. Л. Мейн (Бернацкая; † ок. 1868), единокровный брат А. И. Цветаев († 1933), И. А. Цветаева, дочь Андрея (†1985) и его жена Е. М. Цветаева (Пчицкая; † 1987).
вернуться
341
Евгений Николаевич Чириков (1864–1932) — писатель, драматург, публицист. Чириковы были соседями Цветаевой во Вшенорах (Чехословакия). Подробнее см. Вшеноры 2000. Видимо, речь идет о первой изданной в СССР книге Чирикова «Повести и рассказы» (подгот. текста, вступ. статья и коммент. Е. Сахаровой. М., 1961).
вернуться
342
«Северный полюс-10» — советская научно-исследовательская дрейфующая станция в Северном Ледовитом океане открылась 17 октября 1961 г. на льдине, располагавшейся к северу от острова Врангеля. Закончился дрейф 29 апреля 1964 г. Полярников на станцию доставил ледокол «Ленин» из Мурманска.
вернуться
343
О разрушительном урагане в Мексике 10–12 ноября 1961 г. сообщало ТАСС.
вернуться
344
Пастернак Б. Стихотворения и поэмы (М.: Гослитиздат, 1961).
