Смерть приходит в клуб вязания [litres][Deyðin fer í bindiklubb]

– Дорогая Ронья, пускай это будет между нами: мы оба в растерянности, не знаем, что делать в этой ситуации. Салар, возможно, что-то видел, к чему он не хотел бы иметь отношения. – Бьёрг посмотрела на мужа, который сидел словно окаменелый, а потом опять на подругу. – В воскресенье вечером Салар с нашей собакой Лайкой долго гуляли на улице по Старому Шоуварвевуру. У Стайноа муж увидел женщину, заходившую в дом, где потом нашли убитым Халлвина. Салар, ты можешь сам об этом рассказать!

Муж Бьёрг оторвал глаза от стола, и Ронья увидела в его взгляде сомнение и безнадежность. Было отчетливо видно, что этот красивый темноглазый араб с черными как смоль волосами и щетиной, вырастающей за полдня, не был в восторге от ситуации, в которой оказался.

– I видел это not so good. But surely это была женщина. Perhaps ваш возраст. Она пришла от тех дома, я watch in TV[24].

Ронье хотелось попросить Салара говорить по-английски. Но она тут же прикусила язык, чтобы не сказать какой-нибудь глупости. Ронья хорошо понимала Салара – судя по всему у него не было никакого желания рассказывать об этом случае.

– I wonder, accept ли полиция Норвуйка мою story. Я не хочу быть в этой problem[25].

Ронья с Бьёрг были вынуждены урезонить Салара. Ему необходимо рассказать полиции, что он видел или не видел. Но даже притом, что, как Салар прекрасно знал, фарерских полицейских нельзя сравнивать с их египетскими коллегами, которые пытают людей на допросах и выбивают из них показания, используя любые грязные средства, чтобы заставить беззащитных задержанных взять на себя вину за все мыслимые и немыслимые преступления, ему не особо нравилась мысль, что придется рассказать слугам порядка об увиденном.