Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе
- Автор: Роуз Эмили М.
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814604
- Переводчик: Татьяна Вячеславовна Ковалевская
- Жанр: История
Электронная книга - «Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе». Краткое содержание книги:
Евреи, которые жаловались на то, что не сумели добиться правосудия в деле об убийстве Дельсаля, уверенно говорили о той пользе, которую они приносят короне, и изначально симпатии суда были на их стороне. Дело казалось решенным, исход очевидным. Возможно, король Стефан обращался к евреям за деньгами и по их собственной просьбе; они были готовы щедро заплатить за правосудие. «Мы, евреи, – ваши, ваши данники год за годом, вы часто призываете нас, когда возникает нужда, и мы всегда верны и полезны вашему королевству», – цитирует Томас Монмутский их слова, обращенные к монарху[352]. Король Стефан уже был вроде бы убежден в истинности обвинения против Симона. Все соглашались с тем, что «в столь трудном деле речь защитника должна быть совершенно особенной»[353].
Евреи четко изложили суть дела:
Рыцарь-должник или хотел заплатить и имел такую возможность, или хотел и не мог, или не хотел и мог, или – такая возможность также остается – не хотел и не мог. Если он хотел и мог, почему он не заплатил? Или почему он столь долго пребывал в должниках? Если он хотел, но не мог, то невозможность расплатиться, несомненно, со временем возбудила в его душе желание освободиться от своего долга. Если он не хотел платить, но мог, то злой внутренний голос его разума уже подсказал ему это преступление. Но если – и мы думаем, что это наиболее вероятно – он не хотел платить и не мог этого сделать, то совершенно ясно, что преступление было тщательнейшим образом спланировано. И опять же, если он не хотел убийства еврея, в котором его обвиняют, если он ничего об этом не знал, если он этого не задумывал, почему же он не вернул долг вдове покойника или его наследникам, дабы отвести от себя всякие подозрения в подобном злодеянии?[354]
Ответа обвинителям не было. Однако у Симона имелся хитроумный адвокат, и Томас с восхищением писал о тактике, избранной епископом в суде, воспроизводя его слова как можно более верно, подобно любому хорошо обученному средневековому школяру, который должен был дословно записывать слова своего учителя[355]. Хотя традиционно считается, что Томас не столько воссоздал, сколько «вообразил» судебный процесс, во всем «Житии и страстях» именно сцена в суде вымышлена c наименьшей вероятностью. Томас вряд ли мог придумать, что король прибыл в Норвич, чтобы председательствовать в суде, если этого не произошло на самом деле. Процесс был «воображен», поскольку сам Томас на нем не присутствовал.
Епископ Уильям Тарб считался далеко не новичком в судебных делах – он был человек утонченный, много путешествовал, много читал, был известным оратором и уже достиг зрелого возраста. Томас сообщает, что умелым красноречием он «превосходил всех остальных». Он также очень серьезно относился к своим местным обязанностям, руководя крупным диоцезом, а также приоратом при Норвичском соборе. Несмотря на резкие возражения шерифа Джона де Чезни, Уильям был рукоположен в епископы в 1146 году (или в 1147‐м) и ко времени суда уже вернулся с Великого собора папы Евгения в Реймсе (1148 год) после провала Второго крестового похода[356].
Суд над Симоном давал Уильяму Тарбу возможность прославиться по всему королевству[357]. Большая часть его коллег-епископов были повсеместно знамениты, происходили из аристократических семей, занимали должности в королевской администрации или же являлись видными богословами. Ничего из этого не относилось к Уильяму Тарбу. Монахи свободно выбрали его епископом: он провел всю свою жизнь в Норвичском монастыре, куда пришел еще ребенком, когда семья посвятила его монашеской жизни (oblate)[358]. Он редко бывал при дворе. Будучи человеком, который своими силами поднимался по карьерной лестнице в церкви (ребенок-послушник, монах, помощник приора, приор, епископ-аббат), Тарб имел все возможности понять потребности Норвича, изучить историю церкви и набраться опыта как в юридической сфере, так и в сфере церковного суда. Хотя он не готовился стать юристом по каноническому праву, будучи представителем папы и архиепископа, он часто отправлял обязанности судьи[359]. Тарб весьма долго был епископом Норвича. Уже в 1160‐х его называли «престарелым» (iam centenarii), но он оставался деятельным до самой смерти в 1174 году[360].
352
Vita, II, xiv, 65.
353
Vita, II, xiv, 67.
354
Vita, II, xiv, 66.
355
Возможно, Томас располагал заметками епископа Тарба с судебного процесса.
356
Vita, II, xv, 72. Шериф «дерзнул покуситься на его право <…> выбирать своего епископа». Первое известное папское подтверждение свободных выборов – это выбор англичанина Адриана IV в 1155 году, об этом см.: Dodwell. Charters of the Norwich Cathedral Priory. № 278; Harper-Bill. Norwich Episcopal Acta, appendix II, Itineraries. P. 370. Тарб был епископом к августу 1147 года, когда он участвовал в рукоположении епископа Гилария в Чичестере; они должны были вместе присутствовать на Реймсском соборе в марте 1148 года. Кристофер Харпер-Билл предполагает, что выступление Тарба на суде «убедило Стефана назначить его вместе с епископами Чичестера и Херефорда представителями епископата Англии на Реймсском соборе», но суд по обвинению в убийстве, скорее всего, состоялся после собора, а не до него (Harper-Bill Ch. Bishop William Turbe and the Diocese of Norwich, 1146–1174 // Battle Conference on Anglo-Norman Studies. 1985. Vol. 7. P. 142–160, 143).
357
Vita, II, x, 61, как утверждает Томас, когда епископ отказался от денег, предложенных старейшинами еврейской общины, он «думал о своей репутации».
358
Harper-Bill. Turbe. P. 142.
359
Ibid. P. 146–147.
360
Спорным остается вопрос о том, насколько активен он был в преклонном возрасте. Некоторые историки, вслед за Дэвидом Ноулсом, предполагают, что он по сути отошел от дел за несколько лет до смерти.