А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 1 [litres]

Своеобразие гносеологии А. С. Хомякова заключается в том, что он утверждает соборную, т. е. церковную гносеологию. Сущее дано лишь соборному, церковному сознанию. Индивидуальное сознание бессильно постигнуть истину. В «Русской идее» Н. Бердяев пишет: «Западные христиане, и католики, и протестанты, обыкновенно с трудом понимают, что такое соборность. Соборность противоположна и католической авторитарности, и протестантскому индивидуализму, она означает коммюнотарность, не знающую внешнего над собой авторитета, не знающую и индивидуалистического уединения и замкнутости»[1487]. Самоутверждение индивидуального сознания всегда есть рассечение целостной жизни духа, отсоединение субъекта от объекта. Соответственно только в религиозной жизни может быть источник истинной философии, так как лишь в религиозной жизни обретается соборное сознание. В религиозном отщепенстве дух рассекается, вместо соборного разума торжествует индивидуальный рассудок.

Источник и критерий познания А. С. Хомяков видит в любви, в церковном общении христиан. «Из всемирных законов волящего разума и разумеющей воли – первым, высшим, совершеннейшим является неискаженной душе закон любви. Следовательно, согласие с ним по преимуществу может укрепить и расширить наше мысленное зрение, и ему должны мы покорять, и по его строю настраивать упорное неустройство наших умственных сил. Только при совершении этого подвига, можем мы надеяться на полнейшее развитие разума»[1488]. А также: «Общение любви не только полезно, но вполне необходимо для постижения истины, и постижение истины на ней зиждется и без нее невозможно. Недоступная для отдельного мышления истина доступна только совокупности мышлений, связанных любовью. Эта черта резко отделяет учение православное от всех остальных: от латинства, стоящего на внешнем авторитете, и от протестантизма, отрешающего личность от свободы в пустынях рассудочной отвлеченности»[1489]. Эти мысли Хомякова Н. Бердяев называет очень глубокими и смелыми и подчеркивает, что соборность, общение в любви не было для Хомякова философской идеей, заимствованной у западной мысли, а было религиозным фактом, взятым из живого опыта восточной Церкви. «Только памятуя об этом, можно понять славянофильскую философию. Соборность ничего общего не имеет с “сознанием вообще”, со “сверхиндивидуальным субъектом” и тому подобными кабинетными измышлениями философов, соборность взята из бытия, из жизни, а не из головы, не из книг. Соборное общение в любви и есть онтологическая предпосылка гносеологии Хомякова. Вся его гносеология покоится на этом факте бытия, а не на учении о бытии. Касание сущего, интуиция сущего возможны лишь в целостной жизни духа, в соборном общении. А это ведет к тому, что вера открывается в основе знания»[1490].