Николай Вавилов. Ученый, который хотел накормить весь мир и умер от голода

Весной 1921 года, как раз к весеннему севу, Николай Иванович переехал в Петроград с группой саратовских сотрудников. Гражданская война закончилась. Революция подошла к критической черте. В Петрограде и других городах страны не прекращались массовые демонстрации и забастовки. Народ требовал отменить продразверстку – политику периода Гражданской войны по реквизиции излишков зерна. Кронштадтский мятеж в военно-морском гарнизоне был жестоко подавлен. Большевикам пришлось сменить курс. Ленинская «новая экономическая политика», НЭП, разрешила торговлю продовольствием и потребительскими товарами и принесла относительный мир в сельскую жизнь. Но этот разворот был сделан слишком поздно и не смог предотвратить страшный голод 1921–1922 годов.

5 марта 1921 года к петроградскому перрону подошел паровоз из Москвы, тянувший товарный состав. Когда двери теплушек раздвинулись, на платформу спрыгнул Николай Вавилов и десять его молодых саратовских учеников. В основном это были женщины в черных шерстяных платьях до полу и темно-серых пальто. Елены Барулиной, его возлюбленной Леночки, среди них не было. Она приедет спустя два месяца со следующим десятком саратовцев. Первые прибывшие – измученные, голодные и продрогшие – выгружали на перрон свои тощие узлы с пожитками. Провизии, которую они в начале февраля набрали в дорогу, хватило только до Москвы. Поезд шел на север, и под конец пути температура в вагоне была минусовая. Чтобы согреться, путешественники плотно сбивались вместе, как ягнята в хлеву. Во время бесчисленных остановок они видели на станциях разбитые паровозы и сломанные вагоны, которые лежали вдоль железнодорожных путей как немые свидетели всеобщего хаоса.